Вот собака в очередной раз скрылась за деревьями и вдруг протяжно завыла.
— Господи, волк, что ли? — тревожно спросил Василий Петрович. — Так отродясь их тут не было. Барон, Бароша, ты где? Я сейчас приду.
Свернув с тропинки, он бросился в чащу, проваливаясь по колено в снег. Чарушин и Павлов, переглянувшись, полезли за ним.
— Мать твою, — услышали они. — Твою же мать! Парни, идите сюда. Быстро!
С трудом вытаскивая ноги из снега (в отличие от дворника, они были вовсе не в валенках), Никита и Сергей выбрались на небольшую поляну и остолбенели, увидев привязанную к дереву Валентину.
Женщина была почти совсем раздета, не считая легкого шелкового пеньюара, совершенно неуместного на таком морозе. Босые ноги утопали в снегу. Женщина бы упала, если бы веревки не держали ее тело вертикально, голова у нее свесилась набок, глаза были закрыты, лицо совершенно белое, неживое.
— Мертва? — спросил Павлов Никиту, подбежавшего к Валентине и прижавшего пальцы к ее шее в надежде услышать пульс.
Сам он не приближался от охватившего его ужаса. Он никогда еще не видел мертвых людей так близко.
— Жива, — сквозь зубы пробормотал Никита. — Правда, пульс совсем нитевидный. Так, звони Аббасову, пусть вызывает «Скорую» и людей отправляет нам на подмогу. Петрович, нож есть?
— Да как не быть. — Дворник вытащил из кармана складной нож, ловко перерезал веревки, тело Валентины начало оседать, но Никита успел подхватить ее.
— Снимайте куртки, нужно ее завернуть. Хотя если она провела так ночь, то все равно не спасем.
Черт, черт, черт!
Через десять минут они, изрядно замерзшие без верхней одежды, уже подходили к усадьбе, втроем неся легкое, практически невесомое тело закоченевшей женщины. Навстречу им бежали люди.
* * *— Ну что? — Нина тревожными глазами смотрела на Чарушина, только что положившего телефонную трубку. Он молчал.
— Ну что же вы? Скажите нам, как Валечка, — плачущим тоном проговорила стоящая рядом с Ниной Люба. — Она что, умерла? — Голос ее сорвался, и она тяжело задышала, приоткрыв рот, как собака на солнцепеке.
— Нет-нет, что вы, — поспешно ответил Никита. — Она жива, правда, врачи говорят, что состояние Валентины тяжелое. У нее черепно-мозговая травма, потому что ее ударили по голове чем-то тяжелым, да и на морозе она провела раздетой слишком много времени. Но будем надеяться, конечно.
Люба все-таки не удержалась, расплакалась и метнулась из холла, в котором они разговаривали, к себе в кухню.
