Пес войны. Трилогия.

Так хотят старейшие помнящие. Я не знаю ваших обычаев и не хочу ссориться изза них. Тебе придётся самой говорить с ними и решать этот вопрос, – ответил он несколько резче, чем хотел.

Ответив ему дерзким взглядом, Сала стремительно выскочила из фургона. Встав перед старейшей, она гордо выпрямилась и, вскинув подбородок, с вызовом спросила:

– Это ты собираешься выгнать меня из моего фургона?!

– Не будь глупее, чем ты есть на самом деле, – усмехнулась в ответ Кара. – Тебя никто не гонит. Но ваш фургон легче и быстрее моего, значит, мы сможем быстрее добраться на нём до нужного нам места.

А ты поживёшь пока у меня. После нашего возвращения ты снова станешь хозяйкой. Хотя, если задуматься, то и хозяйка ты только по названию. За все эти дни ты так и не смогла заполучить его на свои шкуры.

– Что?! Да как ты смеешь такое говорить? Он же был болен! Можно подумать, что ты сама этого не знаешь. Совсем уж из ума выжила, старая! – возмущённо завопила Сала.

– Я, может, и старая, но только хорошо помню, что мужчине нужно.

А вот ты, похоже, и понятия об этом не имеешь, – не осталась в долгу Кара. – Хватит спорить. Мы отправляемся туда, куда может попасть только посвящённый и посвящаемый. Для всех остальных это место должно оставаться в тайне.

– Я еду с ним, – решительно ответила Сала. – И потом, кто позаботится о нём и о вас? Вы же от старости еле ноги таскаете! Или, повашему, боски будут сами распрягаться и запрягаться по вашему желанию?

– Она права, старейшая, – неожиданно вступила в разговор одна из помнящих.

 – Ктото должен заботиться о босках и готовить еду. Тогда у нас будет больше времени для подготовки чужеземца к посвящению.

– Это верно, – задумчиво усмехнулась Кара, – но я не могу позволить дерзить мне этой сопливой девчонке.

– Не обращай на неё внимания. Похоже, девчонка влюбилась в чужеземца и готова броситься в драку, – усмехнулась в ответ женщина.

– А ведь и то верно. Чтото я об этом не подумала. Что скажешь, малявка? – повернулась Кара к девушке, возвышавшейся над старухой почти на полторы головы.

Смущённо охнув, Сала залилась румянцем и, опустив голову, потупила взгляд.

– Точно, влюбилась, – удовлетворённо кивнув, усмехнулась Кара. – Ладно, – продолжила она после короткого молчания. – Раз такое дело, поедешь с нами. Но помни, будешь сидеть в фургоне и не высовываться. Иначе нам придётся выжечь твою память, – сурово ответила Кара.

– Как скажешь, старейшая, – тихо ответила Сала, разом растеряв всю свою дерзость.