Пес войны. Трилогия.

Ты стал воином духа. Значит, и мы должны стать такими же.

– Както это всё слишком сложно, – нехотя отозвался Араб. – Сначала дети, потом умение сражаться при помощи духа. А не проще научить вас работать со стихиями?

– Почему ты так упорно не хочешь иметь детей? – удивлённо спросил Чин. – Тебе не нравятся наши женщины? Или ты предпочитаешь мальчиков?

– Нет, нет, – рассмеялся в ответ Араб. – Я обычный человек, и пристрастия у меня тоже обычные. Но дело в том, что рано или поздно мне придётся вернуться в свой мир.

И оставлять здесь детей, которые могут оказаться добычей крагов или диких зверей, я не могу. Я не могу оставить их без помощи. Жить и знать, что мои дети подверглись опасности, а я даже не знаю об этом, не для меня, – решительно закончил он.

– Хорошая речь, паренёк, – раздался голос Кары, и старуха подошла к фургону.

Влитые в неё Арабом силы сотворили чудо. Старейшая помнящая легко перенесла дорогу до племени и всё ещё оставалась бодрой и весёлой. Арабу даже показалось, что её спина выпрямилась, а плечи гордо расправились.

– Ты хорошо сказал. Но ты забыл об одной простой вещи. Мы ушли от крагов. Мы ушли от своего стойбища. И теперь мы будем идти так долго, как смогут идти наши боски. Мы найдём такое место, где нас никто не найдёт, и заживём другой жизнью. Там племени и понадобятся твои дети. Воины духа. Ведь только они смогут защитить нас от хищников и врагов. Точно так же, как ты защитил меня и остальных помнящих от раката. Давай не будем больше спорить. Ты сделаешь так, как я прошу, и мы все будем довольны.

– Да. Все, кроме меня, – мрачно отозвался Араб.

– Ох, и упрямый же ты, парень, – тяжело вздохнула Кара.

Молча протянув руку, она жестом попросила помочь ей подняться в фургон. Араб взял её за запястья и одним движением поднял лёгкое тело в кузов. Осторожно усевшись на шкуры, старейшая расправила складки своей кожаной юбки и, вздохнув, посмотрела на Араба долгим и задумчивым взглядом.

– Пойми, Ар, – тихо сказала она после долгого молчания, – ты судишь о нашем мире по своим привычным меркам.

Наш мир – другой. Не знаю, лучше он того, в котором жил ты, или хуже. Это не мне судить. Но он – другой. И живём мы в нём так, как привыкли жить мы. Если ты откажешься помочь нам, то обречёшь всё племя влачить жалкое существование гдето в глуши Запретного леса. Я не могу заставить тебя помочь нам. И никто не может. Но без твоей крови племя обречено.

– Но почему? – не мог понять Араб. – Чем так важна моя кровь?

– Силой.