Пес войны. Трилогия.

Араба так и подмывало спросить у неё, что стало с девушкой по имени Сала и с его возможными детьми, но поднимать эту щекотливую тему при остальных он не стал. К его облегчению, они вошли в деревню и сходу наткнулись на сидевшего прямо на голой земле индейца. Хранительница милостиво протянула ему руку и мужчина, нисколько не стесняясь, благоговейно поцеловал её. Усилием воли сдержав своё удивление, Араб включил фонарь, освещая лицо проводника. Перед ним стоял коренной житель этих земель: коренастый, жилистый, со скуластым лицом, почти лишённым мимики, и чёрными, бездонными глазами.

– На каком языке ты предпочитаешь говорить? – спросил Араб, переходя на креольский, эдакую смесь индейского, португальского и испанского языков.

– Я говорю на креольском, английском и испанском, поэтому решайте сами, – равнодушно пожал плечами проводник.

– Отлично. Надеюсь, стрелять ты тоже умеешь, – кивнул в ответ Араб.

– Я охотник, – коротко ответил индеец, не меняясь в лице.

– Тогда просто здорово, – весело улыбнулся Араб.

 – Нам нужно попасть в место, которое описала хранительница, за один день. Это возможно?

– Мы будем там завтра, после обеда, – уверенно ответил проводник.

– Как тебя зовут, дружище?

– Что ж, Дункан, ты знаешь, что нам предстоит, поэтому не будем терять времени. Ты готов?

– Давно уже, – усмехнулся в ответ индеец, закидывая на плечо потёртый вещмешок и старую английскую винтовку «Лиэндфилд».

Это оружие ещё во времена англобурской войны в Африке прозвали «бур». Дура, прицельно лупившая аж на три километра.

Увидев этот раритет, Араб удивлённо ахнул и, не удержавшись, осторожно протянул к ней руку. Заметив его неподдельный интерес, индеец польщённо улыбнулся и, передав ему винтовку, с заметной гордостью произнёс:

– Это ружьё моего отца. Он его за пять шкур ягуара выменял.

– А где ты патроны к нему берёшь? – не сдержал любопытства Араб.

– Приходится покупать. Дорого очень, но не жалею, она того стоит, – пожал плечами индеец.

– Закончим дело, дашь мне один патрон для образца.

Будут тебе боеприпасы, – твёрдо пообещал Араб, поглаживая винтовку, словно женщину.

Вернув оружие с явным сожалением, он с улыбкой попрощался с хранительницей и кивнул, показывая, что они готовы. Закинув винтовку на плечо, проводник поклонился женщине и уверенно зашагал в сторону от деревни. Шедшие за Арабом воины круга недоумевали, каким образом индеец умудряется находить дорогу в кромешной темноте, но, ступая за ним след в след, они ни разу не споткнулись.