Уж больно в последнее время сын мой стал всё больше и больше напоминать своего родного отца. Не зря Жанка назвала его Кащеем. Я, честно говоря, даже перепугалась. С тем, что я, по мнению свекрови, плохая жена, еще как-то можно было смириться, но мысль о том, что я еще и плохая мать, никак не давала мне покоя. Я честно поделилась своими переживаниями с Алевтиной Ивановной, но та меня успокоила, рассказав, что Серёга в Павлушином возрасте тоже был слегка худоват. Вообще, мне показалось, что после моего возвращения из Парижа, свекровь стала относиться ко мне гораздо лучше, даже сама вызвалась взять к себе Павлушу на каникулы для откорма.
Жанка же, наоборот, отправила Анжелику и Розалию Фёдоровну в Прагу с надеждой, что те слегка растрясут свои жиры на пешеходных экскурсиях. Так что совершенно свободные мы с подругой наконец-то встретились в нашем любимом ресторанчике. Решили устроить себе настоящий романтический вечер без готовки и уборки.
Ну, и пятница, за которой, как водится, следовала парочка выходных, разумеется, к этому располагала. Ресторанчик, который мы в свое время обнаружили в шаговой доступности от моего дома и полюбили всей душой, надо сказать, является весьма специфическим. Он предлагает своим посетителям в первую очередь выпить, а потом уже чего-нибудь съесть, то есть, славится разнообразием и качеством предлагаемых вин, а так же возможностью их дегустации. Такое нас с Жанкой вполне устраивает.
Приготовить себе вкусной еды мы и дома можем, а вот попробовать за ужином качественные вина с разных концов земли и из разных сортов винограда дома вряд ли удастся. Кроме того, такое заведение, на мой взгляд, четко выдержано в духе нашего питерского центра. Не того центра, который парадный и позолоченный, а того, который совсем не экскурсионный. Нашего любимого центра, где в большинстве своем вырастают коренные питерцы: с дворами-колодцами, большими коммунальными квартирами, философствующими алкашами и огромным количеством винных магазинов.
Раньше, при советской власти еще существовали и рюмочные. То есть, забежал, хлопнул рюмашку, занюхал её лимоном и помчался дальше по делам. Алкоголизм в Питере не просто болезнь, это образ жизни. Одно дело выпить спирту и упасть лицом в грязь, а совсем другое – рассуждать за бутылкой портвейна о разумном, добром и вечном.
