Пешка в большой игре

А то кинут «хрусты», и готово: закрой пасть, виляй хвостом, служи!

И ещё одна причина для довольства: с Иркой всё получилось отлично! Первый раз, правда, быстро разрядился, как только дотронулся, но она молодец, высокий класс, на сегодня опять пригласил. Если придёт, конечно. Она ведь по указке майора работает. Но он её подкормил, не обидел, значит, и свой интерес должна иметь…

Асмодей с удовольствием побрился «Жиллеттом», протёр лицо терпким, щиплющим раздражённую кожу французским одеколоном.

Пожарил яичницу с гренками, всыпал в чашку ложку растворимого кофе, смешал с сахаром, капнул воды, взбил густую массу добела. Когда залил её кипятком, поднялась желтоватая пенка.

Такие завтраки он готовил ещё до женитьбы. Да и после… Ольга к хозяйству особой любви не испытывала. К дрючеву — другое дело, тут хоть с утра до вечера и всю ночь, как хочешь, куда хочешь — пожалуйста, отказа не будет, только полное понимание и содействие. Зеркало против дивана повесила, а второе в постель брала, устанавливала старательно, чтобы видеть, как там плоть в плоть заходит.

Ни разу не приехала, ни одной дачки не принесла. По зоновским меркам — подлянка серьёзная, многие в побег уходили, чтобы разобраться, на запретке падали с пулей в башке, на колючке повисали… У кого-то получалось — возвращались с новой статьёй уже на строгий режим.

Он ведь ей «капусты» много оставил — и «деревянных», и «зелёных», и рыжевья… Всё мало, даже хату продала и хвост винтом завернула, как последняя шалава.

А ведь через Валентина Сергеевича вполне можно и найти!

От этой мысли Клячкин замер с приоткрытым ртом.

Вполне! И спросить: «Что же ты, прошмандовка, так по-чёрному мужа кинула? Разве мало с него имела? Или не из-за тебя он сел?» И маслину в лобешник!

Клячкин не собирался мстить. Но сейчас испытал острое желание увидеть страх в красивых распутных глазах бывшей жены.

Завтрак оказался скомканным.

Затем прошёл в спальню, где смятые простыни напомнили об Ирине. Захотелось, чтобы девушка была рядом. Набрать жратвы, выпивки, запереться дней на пять… «Как на длительном свидании», — мрачно подумал он.

Сумка с деньгами была самым уязвимым местом.