Пешка в большой игре

Угол падения тени, приметный бархан или такыр, промелькнувшая кобра могли выдать подлинное время и место действия.

Поэтому Богосов работал очень кропотливо. До вылета он замучил рыжего «геолога» расспросами о приметах и характерных особенностях «Доджа», типе шин, одежде, погоде в этот сезон. Уже два дня инсценировщик не мог подобрать безупречную композицию.

Бывший нелегал начал нервничать и сменил излюбленный напиток. Всю дорогу и первый день он пил только чай.

— Передвинем буровую на семь метров вправо, а снимать будем отсюда, тогда нормально! — крикнул помощник Богосова, и тот направился апробировать своим окуляром новую точку.

«Иван Петрович Иванов» прошёл в палатку, достал из аккумуляторного холодильника бутылку, плеснул в пластиковый стакан и быстро выпил. Гипнотизёр Верлинова за несколько дней привёл его в норму, он спокойно перенёс перелёт и суточное продвижение через территории трёх республик. Внезапно вновь накатила мутная волна страха и душевных переживаний. Он знал: всему виной возвращение туда, куда возвращаться нельзя.

Это его машина стояла неподалёку от буровой. Этот номер он получал в дорожной полиции штата Калифорния. И пески вокруг были песками Мохаве. Но если машина специально сделана похожей, а номер искусно изготовлен в лаборатории КГБ, если за тентом палатки вовсе не Мохаве, а тщательно подобранный уголок на противоположной стороне земного шара, то кто есть он сам?

За несколько минут водка успела согреться, и очередная порция прошла с трудом.

Кто есть он сам? Кто стоит в двадцати футах, улыбаясь неизвестно чему? Ведь Чен мёртв. Он сам убил Чена. Пусть без умысла — это дела не меняет. Чен не был кадровым сотрудником Центра, значит, его жизнь не шла ни в какое сравнение с жизнью майора Свиридова.

Он удивился, что помнит свою фамилию. За десять лет блужданий по пустыням Большого Бассейна он привык к другому имени и здесь представлялся им.

Нет, он предупредил Чена! Тот вернулся сам, видно, надеялся успеть… Значит, крови товарища на нём нет… Он убил только того парня, который пришёл за их жизнями. Самооборона. Обычная самооборона. А с Ченом — несчастный случай. Да.

Он допил водку. Теперь она стала почти горячей, и удержать её внутри он не смог. Только успел выбежать из палатки. Вытерев рукавом рот, огляделся. Двое громил из «Альфы» смотрели на него с нескрываемым презрением.