Пешка в большой игре

Подчиняясь шестому чувству, Клячкин заглянул в сумку и обнаружил, что «куклы» исчезли. Граната по-прежнему находилась на месте, завёрнутая в рубашку.

— Ну что ж, Ириша, счастливо тебе погулять…

Асмодей позвонил Межуеву.

— Вчера он оставил пакет, сегодня заберёт.

— Я должен позвонить.

Асмодей понял, что телефон прослушивается, впрочем, он и раньше это подозревал.

— Мне нужен адрес жены и паспорт с выездной визой в США. Желательно сегодня.

— У нас большая запарка, сам понимаешь.

«Хотят подержать на крючке, — подумал Асмодей. — Может, зачем-то понадоблюсь…»

Он созвонился со Смитом, договорился о месте встречи, почти физически ощущая, как каждое слово записывается на магнитную ленту.

Вдруг от неожиданной мысли Асмодея бросило в пот. Что, если его схватят во время передачи пакета американцу? Разоблачение иностранного шпиона и своего, отечественного, предателя — хороший показатель работы контрразведки, им можно прикрыть любые проколы.

Да, похоже, именно этим дело завершится… Он сыграл нужную роль в чужой игре. Роль пешки. А пешку легче всего принести в жертву.

Клячкин, он же Фарт, он же Адвокат, он же Таракан, он же Асмодей и он же Проводник, хотя о присвоенном резидентурой ЦРУ псевдониме он ничего не знал, собрал весь опыт своей многогранной натуры и погрузился в сложные и запутанные размышления о том, как выбраться невредимым из чужой игры, ведущейся по неизвестным ему правилам.

И в конце концов придумал.

В два часа тридцать минут в проходном подъезде одного из старых арбатских домов Асмодей передал идущему навстречу человеку пакет, взамен взяв конверт из глянцевой белой бумаги. Они даже не остановились и не замедлили движения. На языке профессионалов такая передача называется «моменталкой». Роберт Смит был заметно напряжён, Асмодей, наоборот, — совершенно спокоен. Он был готов к тому, что во дворе у мусорных баков ему закрутят руки за спину, однако ничего не произошло.

Асмодей глубоко, с облегчением вздохнул и перестал существовать. Тут же исчез и Проводник. Из узкого сквозного дворика вышел Виктор Клячкин, только что обманувший сразу две специальные службы.

Что делать! Когда играешь по чужим правилам, приходится страховаться. За передачу американцу прощальной записки Ирочки не упрячут на пятнадцать лет в тюрьму, как за совершенно секретный отчёт.