Пешка в большой игре

 — Вы проверили его?

Межуев вспомнил, что на плёнке было упоминание о части-прикрытии, но, заглянув в свои записи, этого номера не обнаружил.

— Проверить не успели, — ответил майор, ощутив кожей, как похолодел взгляд Дронова.

— Мы устраним недоработки в ближайшее время, — вмешался подполковник.

— Сделайте это немедленно! — приказал Верлинов. — И имейте в виду: на днях в Москву прибывает офицер ЦРУ Роберт Смит. Как раз в связи со «Сдвигом». Надо «подвести» к нему способного агента и напитать нужной нам информацией.

— Так точно, товарищ генерал! — в один голос отозвались Дронов и Межуев.

Энтузиазм оперативников не был наигранным. Подчинённые уважали Верлинова за профессионализм, который редко встречается у руководителей высокого уровня. А чтобы принципиально новая информация шла не снизу вверх, а наоборот… Такое встречается ещё реже.

Источник высокой осведомлённости генерала был известен: служба электронного наблюдения одиннадцатого отдела осуществляла постоянный съём информации с терминалов органов внешней разведки, федеральной контрразведки, МВД, Минобороны, резидентур иностранных посольств и ещё очень многих организаций и учреждений.

— Какие ещё «случайные факторы»? — спросил Верлинов.

Карпенко и Борисов в ход совещания не вмешивались, но слушали внимательно и, насколько Межуев мог определить по бесстрастным лицам, заинтересованно.

Межуев секунду помешкал.

— Кислый заходил к другу детства — вору в законе Зонтикову. Потом, по его рекомендации, к Седому. А в то же время люди Седого перебили подручных Зонтикова. И наша седьмая бригада оказалась в той бойне…

— Значит, там погиб Якимов? — перебил генерал. — Кстати, деньги не нашлись?

— По нашим данным — нет, — ответил за подчинённого Дронов.

— Где сейчас Кислый?

Межуев без запинки назвал адрес. Верлинов ценил компетентность сотрудников.

— Хорошо. Охрана должна быть внимательной.

Генерал ненадолго задумался.

— Насколько полезно расследование покушения на Кислого? Ведь можно поднять шум вокруг этого… Факт-то жареный: человек разоблачает преступление, а его пытаются убить…

— Да сейчас таких фактов! — нарушил молчание Карпенко.

— И всё же… Как мнение исполнителей?

— Мы пытались раскрутить это дело сразу же.