Наверное, все дело в непогоде.
О комнате для меня должны были договориться, но я все равно волновалась. Казалось, каждый мой шаг контролируют. Уже почти не оставалось сомнений в том, что себе я буду посвящена только во время ограбления. В гостинице мне без вопросов передали ключ, уточнили, не нужно ли что-то ещё. Из коротких фраз и отношения хозяйки ко мне я поняла, что она получила большую сумму на руки, и не столько за жилье, сколько за молчание.
Комната оказалась небольшой и скромной. Лишь кровать, заправленная серым покрывалом, двустворчатый шкаф, стол со стулом и маленькая умывальная за ширмой.
В шкафу ждало оборудование, документы на новое имя, некоторая сумма денег на непредвиденные расходы и короткая записка в шкатулке-артефакте для приема посланий, гласящая, что мне нужно появиться во дворце завтра для приёма на работу.
Этой ночью так и не удалось заснуть. Я волновалась, не зная, что меня ждет во дворце. Наверное, даже без настоя, я бы все равно выглядела на утро бледной поганкой. Надев самое скромное платье, серое, под горло, свободное в талии, я покинула гостиницу и отправилась ко дворцу.
Погода наладилась, выглянуло солнце, и даже Элиос уже не казался таким безжизненным. На улицах появились спешащие на работу люди. Они разговаривали, смеялись, жили обычной жизнью, словно и не происходило катаклизмов, словно уже забылось, какое несчастье случилось здесь два года назад. Я понимала, что это глупо и неправильно, но все равно злилась на них. За то, что принимают новую власть, за то, что продолжают жить как ни в чем не бывало, когда мою душу сжигают ненависть и тоска.
Белокаменный дворец виднелся с любой точки города. Высокие остроконечные башни с серебристыми шпилями поднимались к самым небесам. Многочисленные арки придавали ощущение воздушности, сохранились витражные окна с великолепными рисунками, даже издали было видно, насколько они прекрасны. Я миновала кованые ворота дворца. Просители направлялись к главному входу во дворец с полукруглыми белоснежными ступенями.
Мне же предстояло попасть внутрь через вход для прислуги.
— Кто такая? — охрана встретила меня подозрительными взглядами.
Я протянула фальшивые бумаги, знаками показав, что не могу ответить. Стражники лишь мельком заглянули в них, нашли мое имя в своем списке и пропустили.
В этой части замка мне не приходилось бывать. Короткий коридор вёл в подсобные помещения и кухню, откуда доносились звон посуды, крики женщин и запахи готовящихся блюд.
