Проследовав за ним, я убедилась в том, что тот гармонт разыскивал именно сейф. Одна из картин была сорвана, а крышка сейфа раскурочена. Похоже, гармонт пробил отверстие в металле и вложил в него артефакт, вызывающий взрыв. И, судя по всему, взрыв бесшумный, защищённый пологом. Дорогая вещь, но не самая эффективная.
Деймоса состояние сейфа не обеспокоило, он прошел к широкому чёрному столу из цельного дерева и занял кожаное кресло с высокой спинкой. Вообще, обстановка кабинета была довольна лаконична, с преобладанием дерева в оформлении.
Лицо правителя было непроницаемо. Белоснежная рубашка на груди пропиталась кровью из раны, но, кажется, и это его не беспокоило. Каменный монстр.
— Садись, — он коротким жестом указал мне на стоящее напротив стола кресло.
Я послушно присела, плотнее запахнула на себе пиджак. Слишком узкое платье вынудило надеть его без лифа. Сейчас я оказалась практически обнажённой перед мужчиной. Но, к счастью, мое тело его явно не интересовало.
Он придвинул по столешнице пергамент и грифель. И на суровом лице все же мелькнула гримаса боли.
— Напиши, что случилось, — приказал он.
Стоило мне склониться над пергаментом, как Деймос поднялся из кресла, а вскоре покинул кабинет. Из гостиной послышались голоса. Кажется, стражников отчитывали. Правда, разговоры быстро прекратились.
Пальцы все еще дрожали, когда я принялась за пересказ событий ночи. Естественно, я врала. Писала о том, что проводила гостей в покои и услышала странные звуки, пошла на них и стала случайным свидетелем преступления.
Первые строчки писались с трудом, ведь мысли скакали, и кое-как удавалось сосредоточиться. Но оказалось, что сочинительство помогает успокоиться, вскоре рука обрела твердость. Даже алетерна перестала рваться наружу.
Стоило подойти к завершению рассказа и встрече в коридоре с Деймосом, как я осознала и невероятное. Он спас меня! Он олицетворяет в мыслях всех гармонтов, является для меня средоточием и объектом ненависти.
И тот, кого я люто ненавижу, спас мою жизнь. Как относиться к этой новости? Хотя он же сделал это не из добрых побуждений, а потому что так сложились обстоятельства.
Кажется, только удалось успокоиться, как страхи снова поднялись в мыслях, когда Деймос вернулся в кабинет. Взглянув на него из-за плеча, я уперла глаза в исписанный пергамент, ощущая, как набирает скорость только успокоившееся сердце и кровь приливает к щекам.
