Песня черного ангела

Вы, как и прежде, вне подозрений.

С этого момента Легкоступов как будто выдохнул, и разговор пошел легче.

— У меня перед глазами протокол вашего допроса. По счастью, он сохранился. Из него следует, что после ссоры с Третьяковым вы вместе с гражданкой Ивлевой покинули вечеринку.

— Третьяков это тот мальчишка, дружок Катерины? — уточнил Легкоступов. — Простите. Я перезабыл все фамилии. Что касается гражданки Ивлевой, ее помню. Она была экс-королевой красоты, вручала корону Каратановой. Что конкретно вас интересует?

— Видели той ночью лодку у пирса?

— Видел.

— Когда он уплыл на этой лодке, вы, конечно же, не видели…

— Почему? — удивился Легкоступов.

— В протоколе написано, что вы ушли в начале второго.

— Так и было. Только мы не ушли, а отошли подальше от компании.

— Мы с этой гражданкой… Как там ее?

— Мы с гражданкой Ивлевой, так сказать, уединились, но остались там же, на пляже.

— Далеко отошли от пирса?

— Метров на тридцать.

— Выходит, вы могли видеть, как уплывал Брезгин?

— Брезгин это и есть Аполлон?

— Читайте протокол, там все это есть, — раздраженно проговорил Легкоступов.

— Подождите… — Анна пробежала глазами по тексту и категорически заключила: — Об этом здесь ничего нет.

— Издеваетесь? — В вопросе Легкоступова послышалось напряжение.

— Тогда я не понимаю. Я все рассказал следователю. Во многом из-за этого меня отпустили.

— Не предположим, а факт!

— Теперь, если не сложно, мне расскажите.

— Вы точно издеваетесь, — он устало вздохнул. — Ну, хорошо. Слушайте. После того как там, на пляже, мы с гражданкой Ивлевой вступили в интимную связь, она отошла по малой нужде, а я остался на берегу. Оттуда я отчетливо видел этого Аполлона и двух девушек. Одной из них была Каратанова, вторая — девчонка помладше.

— Во сколько это было?

— К тому времени мы с гражданкой Ивлевой вступили в интимную связь около трех раз.

— Эти подробности меня не интересуют.

— Я к тому, что было уже два часа ночи.

— Что было дальше с теми двумя девушками?

— Девчонки забрались в лодку к Аполлону, и он их увез.

— Потом вернулась гражданка Ивлева, и мы отправились к ней домой.

Немного помолчав, Анна уточнила:

— Что в лодку к Брезгину села именно Каратанова.

— Да, что же я, малахольный? Высокая, худая, на каблучищах, в джинсовой куртке. Этот Аполлон подсвечивал фонариком, и я хорошо ее разглядел.