Пестрые человечки

Нет уж! Тут сидеть буду! Никто не скажет, что я с Симой враждовал! Не было промеж нами ничего! Напротив, я его уважал. И он меня понимал. Ты что, забыла, сколько раз он мне пузырь, чтоб голову с похмелья поправить, выставлял. Что же мне его убивать?

— Не поверят тебе! — продолжала сквозь слезы твердить женщина. — И мне не поверят! Даже если я скажу, что слышала, как Сима сегодня утром с кем-то скандалил. Скажут, пьяная была. Приснилось мне. Или тебя выгораживаю!

Подруги переглянулись.

— Это уже интересно, — прошептала Мариша и решительно толкнула дверь.

Та оказалась незапертой, и подруги ввалились в квартиру как раз в тот момент, когда мужик, окончательно выведенный из себя причитаниями своей сожительницы и ее мрачными прогнозами относительно его будущего, заорал на нее во всю глотку:

— Ты что, дура, и в самом деле меня за решетку упечь хочешь?! Заткни пасть! Тебя же послушать, так мне человека погубить, как два пальца о…

Но тут мужик увидел четверку подруг и от неожиданности замолк.

— Вы кто такие? — наконец выдавил он из себя.

— Вы хозяйка этой квартиры? — спросила у женщины Мариша.

— Ну, я, — кивнула женщина. — Вы тут зачем?

Физиономия у нее была одутловатая и бледная. Волосы всклокочены и пережжены химией. Фигура у Парамонихи тоже была какая-то оплывшая и бесформенная. Ноги сорок второго размера с трудом помещались в растоптанные тряпичные серые тапки на резиновой подошве.

— А сами не догадываетесь? — строго спросила у нее Мариша. — По-вашему, нам тут у вас и делать нечего? И ничего примечательного с вашим жильцом сегодня не случилось, да?

— Ой! — спохватилась женщина.

 — Вы все четверо из милиции к нам из-за Симы пришли? Простите, я не поняла.

— Все четверо бабы, и все четверо менты! — заржал Валера. — Ну, дела!

— А вы помолчите, — строго обратилась к нему Мариша. — Про вас разговор отдельный будет. Вы ведь судимы в прошлом? За что? За грабеж?

— За глупость его посадили, — затараторила Парамониха. — Дурак он, когда выпьет. Шоколадку мне захотелось.

А ларек закрыт был. Вот он ларек и сломал. Валера тогда на грузовике работал. Вот этим грузовиком он ларек и помял. Ну, взяли бы штраф с человека! За что биографию-то портить? Вот теперь все в нос тычут, сидел, сидел! А какой из него преступник? Вы на рожу его гляньте!

— Это потом, — остановила ее Мариша. — Сначала про вашего жильца все подробно расскажите.

— А я что? — Так я ничего не видела! Сима всегда рано так с работы возвращался. Еще и семи не было.