Пестрые человечки

 — Но кто? Кому могло понадобиться похищать Ленку? Может быть, ее бывшие любовники, которых она бросила, когда ко мне вернулась?

Честно говоря, такой поворот событий Юльке в голову до сих пор не приходил. И как-то она сомневалась, что мужик, которого бросили несколько лет назад, все эти годы будет вынашивать в душе план мести, чтобы в конце концов осуществить его. Во всяком случае, сама Юлька никогда в жизни не стала бы похищать любовника, оставившего ее ради другой. Оставил и черт с ним! Значит, ненадежный человек.

— Они все хотели бы ее вернуть, — бормотал он себе под нос. — Лена мне рассказывала, как один буквально у нее в ногах валялся, лишь бы она не уходила. Да и двое других тоже потом звонками своими ей долго жить не давали. Может быть, кто-то из них и похитил Лену.

— А у вас есть их координаты? — спросила Юлька.

— Вообще-то, да, — кивнул Павел и, снова покраснев, признался: — Следил я за ними.

— Это я и так поняла, когда вы проговорились, что Ленкин последний хахаль в ночном баре стриптиз танцевал, — сказала Юля. — Он и в самом деле был стриптизером.

— Должен же я был собрать информацию про своих соперников! — воскликнул Павел, не обратив внимания на то, что Юля специально упомянула о Симоне в прошедшем времени. — А вдруг кто-то из них вздумал бы обидеть мою козочку? Где бы я его тогда искал? Вот и приходилось подстраховываться.

— Но адреса ее бывших любовников у вас сохранились? — уточнила Юля.

— Троих, — кивнул Павел.

— Только трое? — не поверила Юля.

— Трое, с которыми у Лены были продолжительные отношения, — пояснил Павел. — И четвертый — тот стриптизер, который был у Ленки последним. Но его адреса у меня нет. Только место работы.

— Не надо стриптизера, — отказалась Юлька, прикидывая про себя, что Павел с его могучей комплекцией никак не может быть тем хлюпиком, которого видела Парамониха рядом с Симоном за несколько минут до нападения на парня.

Даже если учесть, что зрение Парамонихи было затуманено видением вожделенной бутылки и Симона с его собеседником она видела издалека, все равно назвать могучего Павла хлюпиком ни у кого язык не повернулся бы. Да и ударь Павел Симона по башке, того не в больницу бы увезли, а прямиком в морг. И кирпича не понадобилось бы.