Петербургский рубеж

Но носители этой болезни — женщины. Даже в наше время она неизлечима. Человек, больной гемофилией, может умереть от самой незначительной раны, и жизнь его — сплошное мучение для него самого и его близких.

— Вот, значит, как… — задумчиво сказала Мария Федоровна. — Теперь я понимаю, почему мое сердце так противилось этому браку. Из этого следует…

— Из этого следует, ваше императорское величество, что ваш младший сын Михаил будет всё время на положении своего рода «дежурного наследника престола». Сейчас он находится в действующей армии и, как в свое время ваш покойный супруг, император Александр Третий, лично принимает участие в боевых действиях.

Мои друзья и коллеги наблюдают за тем, чтобы он смог научиться действовать самостоятельно и закалить свой характер, и в то же время, чтобы с ним не случилось ничего непоправимого. Я думаю, что при встрече вы не узнаете своего младшего сына.

— Большое вам спасибо, Александр Васильевич, — сказала мне вдовствующая императрица. — Я буду рада видеть вас в любое время у себя в Аничковом дворце.

Сказав это, Мария Федоровна легко и грациозно запрыгнула в теплый возок, подав мне на прощание руку для поцелуя.

29 (16) ФЕВРАЛЯ 1904 ГОДА, УТРО.

ВОСТОЧНО-КИТАЙСКОЕ МОРЕ.

СКР «СМЕТЛИВЫЙ».

Великий князь Александр Михайлович.

Никакой эскадры мы, конечно, не встретили. Это я говорю, потому что все корабли были в крейсерстве, и у точки рандеву возле западной оконечности острова Чеджу нас поджидали только флагманы соединенных крейсерских эскадр, крейсера «Москва» и «Аскольд».

Бабахнули салютные пушки, по мачтам поползли вверх флаги расцвечивания. В ответ на «Петропавловске» тоже прогремела пушка, и корабли эскадры украсились флагами."

"Даже трудно сказать, какой из кораблей красивее — «Аскольд» или «Москва». Для моего взгляда пока непривычны решетчатые мачты с антеннами и огромные трубы ракетных аппаратов вместо обычных орудий. На «Аскольде» же дымящая первая труба сразу портит всё впечатление. Дым жирными мазками пачкает жемчужно-белое небо, подсвеченное восходящим солнцем.

Мои размышления были прерваны деликатным покашливанием.

— Ваше императорское высочество, — обращение ко мне капитана 1-го ранга Алексея Викторовича Гостева было подчеркнуто официальным, — контр-адмирал Ларионов просит вас и ваших сопровождающих прибыть на гвардейский ракетный крейсер «Москва». Катер уже спускают на воду.

«Да, — подумал я, — вот и еще один этап нашего путешествия позади».