Петербургский рубеж

Заметив, что мы вошли, он прервал беседу и с любопытством посмотрел на нас. Еще бы — не каждый день увидишь тех, для кого будущее — открытая книга. Гостеприимная хозяйка дома представила нас друг другу, после чего, сославшись на неотложные семейные дела, оставила втроем.

Петр Николаевич первым нарушил молчание:

— Господа, — сказал он, склонив голову в полупоклоне, — я хотел бы поблагодарить вас за ту информацию о тайных переговорах, которые наша союзница Франция вела за спиной России с враждебной ей и союзной Японии Великобританией.

Еще немного, и мы бы оказались в политической ловушке. Нам пришлось бы в случае начала войны между Францией и Германией сражаться за абсолютно чуждые России интересы парижских Ротшильдов. Какая мерзость! К счастью, своевременно получив эту информацию, государь сделал нужные выводы, и нам удалось избежать этого франко-британского капкана, попутно прищемив кое-кому вороватые пальцы.

Я понял, что Дурново имел в виду Витте.

— Ваше превосходительство, — очаровательно улыбнувшись министру, сказала Нина Викторовна, — к нашему большому сожалению, это была не единственная ловушка, приготовленная России ее «заклятыми друзьями». Британцы имеют большой опыт ведения тайных войн, где победа добывается не в открытом бою, а с помощью интриг, подлости и тайных убийств. Парадокс, но Англия, до мозга костей монархическая и консервативная дома, всегда во внешних своих сношениях выступала в качестве покровительницы самых демагогических стремлений, неизменно потворствуя всем народным движениям, направленным к ослаблению монархического начала.

Во все времена так называемые борцы с тиранией постоянно находили в Лондоне самый теплый прием… — Мы с Ниной Викторовной переглянулись, на ум как-то сразу пришли такие фамилии, как Закаев, Березовский и Литвиненко, и его чай с полонием.

— Очень верно подмечено! — воскликнул Дурново. — Именно так эти островитяне и поступают, интригуя против правительств государств, являющихся для них соперниками, и укрывая у себя отъявленных смутьянов и закоренелых убийц.

— Между тем, уважаемый Петр Николаевич — позвольте мне вас так называть, — эти слова принадлежат вам. Точнее, это цитата из вашей памятной записки, которую вы написали в феврале 1914 года, незадолго до начала Первой мировой войны."

"Нина Викторовна протянула текст записки ее будущему автору.