Петля

Так что эту карту мы удачно разыграли, из постоянных там только охрана да горстка тех, кому уже рыпаться некуда.

Я постучал пальцами по столу и на несколько мгновений замолчал, прищурив глаза. В голове словно шестеренки закрутились, и схема со стрелками, которую я несколько раз прорисовывал, перед глазами возникла. Еще раз по всем главным пунктам прошелся, убедившись, что все идет согласно плану, до хруста сжал ладонь в кулак и перешел к итоговому указанию.

— У нас на все про все — максимум неделя. За это время мне нужен результат.

— По опыту могу вам сказать, что бьется всегда не пес, а тот, кто его направляет. Собачка будет обработана так, что один запах хозяйки будет вызывать ассоциации с болью. Дело техники. Звуковой сигнал добавим вместе с разрядами, выработаем условный рефлекс. Нужная аппаратура для подкрепления током тоже уже имеется. Так что, как только она почует старушенцию — слюну пустит, как собака Павлова.

— Работайте. И пожестче там, без сантиментов. Чтоб без единого шанса на другой исход.

Горничная бесшумно выскользнула из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь.

Ее пальцы с побелевшими от напряжения костяшками изо всех сил стискивали края антикварного подноса для завтраков. На начищенной серебряной поверхности позвякивали осколки разбитого фарфора. Жидкая овсяная каша с медом и орехами стекала на накрахмаленную салфетку. Ровным уверенным шагом женщина спустилась вниз в буфетную, где в это время дня обычно собирался на завтрак весь персонал. Когда она вошла в большое помещение, все разговоры стихли, и женщина поняла, что алый след от пощечины на ее щеке не остался незамеченным.

— Чертова старуха снова беснуется?

Это был Борис, старый смотритель, следящий за всеми коммуникациями особняка, а по совместительству еще и дворник.

— Нет, это уже перебор, если она вздумает поднять хоть палец на меня — я немедленно заявлю и в агентство, и в полицию, — прошипела молоденькая служанка, которая работала в доме первую неделю.

Ей никто не ответил — все окружающие прекрасно понимали, за что им платят внушительную зарплату.

А еще лучше они знали цену неосторожным словам. Несогласные здесь не задерживались. Скорее, пропадали в неизвестном направлении.

Поставив поднос с разбитой посудой на столешницу в кухонной зоне, женщина взяла влажное полотенце и, приложив к щеке, села за общий стол.

— Нинель, она не хочет кашу, просит приготовить омлет. Я подожду здесь.

Пухлая грузинка тяжело поднялась на свои отекшие больные ноги и поплелась к холодильнику.