Петля Сергея Нестерова

Все материалы боливийцы и чилийцы разделили между собой… – И, как выстрел, из трубки рявкнул «Крячков»: – Семушкин!

– Какое еще «а»? Вы понимаете, о чем идет речь?

– Так точно, товарищ майор, понимаю! – отчеканил взмокший Семушкин и добавил шепотом: – Ох…ть можно!

Но Крячков, благодаря сверхчувствительности аппаратуры, услышал:

– Вы что, нецензурно выражаетесь на службе?

– Простите, товарищ майор, вырвалось…

– Бог простит. А вас я взял на заметку. Понятно?

– Понятно, – ответил убитый старший лейтенант.

– Ваша задача: установить характер материалов с грифом «Особой важности», которые могли находиться в сейфе Ляпишева.

– В течение пяти минут разработайте и сообщите предложения по комплексному решению возникшей проблемы. Учтите, если у Ляпишева действительно были материалы «Особой важности» и они окажутся за границей, мало вам не покажется. Не то, что погоны и звездочки – головы полетят!

По всему было ясно, что «дежурный по Комитету» не шутит.

– Ну, все! – решительно сказал Крячков. – Самолет летит, время убегает, жду вашего доклада через пять минут.

– Есть, товарищ майор!

Ошарашенный, с трудом соображающий Семушкин опустился на стул.

– Слышали? – спросил он, затравленно посмотрев на Муравьева и Сомова. – И что делать? Может вы, Александр Николаевич, как старший по должности и званию, возьмете руководство на себя? – Семушкин почему-то перешел на «вы».

– Ни в коем случае, – категорично и искренне ответил Муравьев. – Ты ответственный дежурный, значит старший начальник. Я могу лишь советы давать. Но ответственность за принятые решения лежит на тебе. Так что, уволь.

В кабинет влетел Нестеров:

– Семушкин, ты что делаешь за моим столом? Да еще с таким видом, вроде по тебе трактор проехал? Что случилось, мужики?

Семушкин действительно выглядел не лучшим образом.

– Александр Николаевич, – промямлил он, – может, вы расскажете?

Муравьев, стараясь быть серьезным, коротко, в сжатой форме, описал Нестерову сложившуюся ситуацию.

– Давайте сконцентрируемся. – Нестеров был энергичен и деловит. – Определим порядок действий. Владимир Александрович, очнись, ермилкин корень! Кто у нас начальник, ты или я? Я знаю Крячкова, мужик нормальный, договоримся.

Семушкин встрепенулся, услышав обнадеживающую новость.