Пять экспонатов из музея уголовного розыска

Чем же ещё оплачивают?

- А что я с ними делать-то буду, с твоими бумажками? Капезуху обклеивать?

- Я не понимаю, чего вы хотите?

- Небось никогда в своей куриной жизни в капезухе не сидел?

Я объяснил ему, что сидел, причём сидел по его милости.

- Не из-за меня, а из-за Петьки Интеллигента, - уточнил он. - Из-за кореша моего. Тоже очень шляпу обожает. Вот тебя заместо его и засахарили. Но я тебя к чему про отсидку спросил?

- Представления не имею.

- А к тому спросил, что кажный, который за решеткой пребывал и небо в клеточку зырил, очень даже великолепно понимает, с чем в тюряге недостача наблюдается.

- С чем же, позвольте полюбопытствовать?

- Во-первых, жратва…

- Ну, если вам не хватает хлеба, то я, разумеется, буду рад оказать вам всяческое содействие, - оживился я. Он тупо и удивленно посмотрел на меня.

- Ты что, недопечённый? На хрена мне хлеб? Я в Петрограде при фарте в самых шикарных ресторациях свою жизнь раскручивал, ананасы замест картошки жрал, а шампанское замест чая из серебряного самовара наяривал.

- Ну, ежели вы рассчитываете на ананасы…

- Не рассчитываю, - сказал он. - Ананасов здеся днем с огнем не сыщешь. Потому за ананасами тебя и не посылаю.

- А зачем послать изволите? - сыронизировал я, прекрасно понимая, что выполню любое его поручение, лишь бы получить столь нужные мне сведения.

- Ты хвост не поднимай, понял? - буркнул он. - У нас с тобой дело полюбовное. Сладимся - хорошо, не сладимся - и того лучше.

- Тогда ублажай. - Он выжидающе посмотрел на меня и, выдержав паузу, продолжал: - Вот я стерлядку кольчиком, к примеру, уважаю, балычок осетровый, чтоб в нём солнышко играло, икорку зернистую…

- А вобла не сойдет? - вибрирующим голосом спросил я.

- Вобла не сойдет, - убежденно ответил он. - Не сойдет вобла. Вобла для мастерового да босяка лакомство. А для меня - она тьфу! Так что ты уж не скупись и запоминай, что мне на язык и на душу ляжет.

Меня трясло мелкой дрожью.

- Ишь какой быстрый! - ухмыльнулся он, явно любуясь моим состоянием. - А курить что я буду?

- Ладно. Две-три пачки махорки я куплю.

- Махорки, говоришь? А сам что куришь?

- Я не курю. И попрошу вас разговаривать со мной на «вы».

- На «вы» - это можно, - согласился он. - Меня не убудет. А вот что не курите - это зря.

- Об этом уж позвольте судить мне.