Пять невест и одна демоница

– В отличие от тебя, я дедушку навещаю. Он многому учит.

– Ну, конечно, лучше уж изящному стихосложению. Оно в жизни всяко пригодится.

А балдахин на кровати из тяжелого аварского бархату. Верхний слой. Нижний – полупрозрачная дымка, украшенная легкой вышивкой.

– Деньги здесь есть, – Ариция кивнула, соглашаясь сама с собой. – Осталось понять…

– Ничего. Как он тебе?

– Никак, – честно призналась Летиция и сняла парик. Оно, конечно, удобно, особенно, когда есть кому за париками присматривать. Она очень надеялась, что та дюжина, самых любимых, избранных для великой миссии, доберутся в приличном состоянии.

И снова это хмыканье.

– Спит. Нам поговорить надо. Без премудрых наставлений, – Ариция вытащила из кошеля склянку, которой помотала перед носом. – А теперь давай серьезно, сестричка. Он молод. Выглядит… может, конечно, не так изящно, как этот твой несостоявшийся жених, но точно не урод.

– А самое главное знаешь, что?

– У него есть деньги.

– Опять ты за свое! – Летиция закатила очи к потолку, но там не было ни росписи, ни вообще чего-либо. Сплошная унылая белизна.

– Опять я за свое. Если бы ты почаще общалась с дедом, то знала бы, сколько мы должны.

– Отец, – поправилась Ариция. – И наш братец. И ты.

– И я в какой-то мере. Этот долг распространяется на всех. И те, кто давал деньги, уже начинают проявлять недовольство.

Летиция ненавидела разговоры о деньгах.

В конце концов, деньги – это так пошло! Просто невыносимо пошло! О них пристало думать торговцам, а не людям благородным.

– Ничего, но если они потребуют возврата, нам придется продать все. Твои драгоценности. Твои наряды. Мои наряды. Возможно, нас самих.

– Матушка пыталась как-то ограничить траты. Но, к сожалению, наш отец столь же легкомыслен, как и его предки.

– Пусть просто их повесит.

– Тех, кому мы должны, – Летиция дернула плечиком и потянула за заевшую фижму. Та заскрипела.

– Очень по-королевски, – произнесла Ариция, не скрывая ехидства.

– Ты и вправду такая дура или притворяешься?

Летиция раздраженно дернула фижму, которая никак не хотела опускаться. Или наоборот, надо было вторую поднять? Где прислуга, когда она так нужна? И надо бы вообще привести себя в порядок.

Прическу поправить. С украшениями разобраться, а то, конечно, матушка уверяла, что девице к лицу скромность, но это пусть другие скромничают.