Пять невест и одна демоница

– А то обычно поставят фотку, глядеть страшно…

И под Севкино бурчание мы поехали.

Сперва на водохранилище, где встречали рассвет и пытались сотворить образ, потом на какое-то поле. Там я искренне старалась войти в единение с окружавшей её природой, но все как-то не выходило. Точнее не входило. Еще колесили по городу, слонялись по парку, изрядно вытоптанному любителями натуры.

Говорили о чем-то, то ли о его агентстве, которое обречено на успех, то ли просто за жизнь.

– Ты будешь великолепна! – возвестил Севка, высовываясь из-за камеры.

В лучах заходящего солнца его физия гляделась слишком уж розовой. – Давай… еще шаг назад и руки, руки вверх… подпрыгни, будто пытаешься поймать солнце!

И прыгать не хотелось. И солнце ловить. И даже замуж. Но Севка крикнул это так требовательно, что я оттолкнулась, вытянула руки и в какой-то момент даже показалось, что я вот-вот поймаю этот ускользающий огненный шар.

В глаза плеснуло светом.

Потом ноги ударились о бетон, и что-то захрустело, то ли в ногах, то ли под ними.

И я покачнулась. Я еще попыталась восстановить равновесие, смутно подозревая, что что-то пошло не так, но пол закачался и я полетела.

Вот тогда еще успела подумать, что смерть эта на диво нелепая, как сама жизнь. И что не будет у меня ни мужа-иностранца, ни дома своего, ни детей, не говоря уже о собаке.

Собаку было особенно жаль.

Солнце полыхнуло огнем. Стало жарко. Холодно.

А еще обидно донельзя. Разве я многого хотела? Просто мужа и… собаку.

«Демоны по натуре своей суть создания коварные.

Ни слова правды не произнесут их уста. И горе тому, кто поверит сладким посулам их»

Упала я на спину. Со всего размаху. Что сказать, хорошо так приложилась. От удара из легких вышибло весь воздух. А вдыхать его обратно оказалось больно. И боль эта как раз-то помогла вернуть сознание.

Но вернулось оно не сразу.

Некоторое время, как показалось, долгое донельзя, я просто лежала, пытаясь дышать. Получалось кое-как, но все-таки получалось.

И… скорую уже вызвал? А почему сам не спустился? Должен был бы.

Севка, конечно, мудак, но не до такой же степени, чтобы меня бросить. Никогда не бросал. Даже в тот раз, когда нас в универовском туалете с косяком запалили. На себя все взял.

Едва не отчислили, да.

А тут нету… и лежать жестко. Интересно, я все кости сломала или что-то целым осталось? А если все, то помру или спасут? Лучше бы не спасли. Кому я, парализованная, нужна будет?

Себя стало жаль до одури. И от жалости этой я вздохнула и поняла, что боли почти нет.