Пятиэтажка. Волшебному народу предоставляется общежитие

 — пропыхтел Гриц, пытаясь не сбиться с дыхания.

— А кто водит? — уточнил парень.

Детектив не успел ему ответить.

Потому что Марина выбежала к берегу лесного озерка и нырнула в воду. А медведь за ней! Блин, он еще и плавать умеет…

А вот дальше произошло что-то странное.

Медведя словно выбросило из воды! А сами воды озера обрели форму гигантской ладони и сжали косолапого, как какого-нибудь хомяка! Тот ревел и пытался вырваться, но безуспешно. И тут на поверхности появилась Марина. Как Афродита из пены морской.

Медведь снова взревел, но женщина его перебила:

— Драться с берегиней на берегу — дохлый номер. Здесь я в полной силе.

Зверь замер на мгновение, тяжело дыша, а потом медленно вернул себе вид Михаила Евграфовича:

— Твоя взяла. Я сдаюсь.

Гриц глазам своим не верил: неужели это супруга Михаила Евграфовича? Та самая, которую он принял за девушку из патриархальной семьи? Нет, она по-прежнему была одета в сарафан, но стояла подбоченившись и смотрела на мужа так сурово, что ей скалки только не хватало!

— Ну и начудил ты, Мишка!

А мужчина, который только недавно был кровожадным медведем, сидел, опустив глаза, как школьник получивший двойку:

— Ты еще и детектива нанял! И сам же на него напал!

— Да я подумал, что он меня властям сдал…

Марина поинтересовалась:

— А за что вас арестовывать?

— Господи, из какого вы века вышли? Оборотней давно никто не арестовывает.

Супруга Михаила Евграфовича немедленно ответила:

— У нас хорошие характеристики! Хоть всю деревню обойдите, никто слова дурного не скажет!

— Это правда. — подтвердил детектив. — Правда, они явно что-то умалчивали… Теперь ясно — что. Значит, следы когтей ваши?

— Понятно. А насчет слежки?

Тут Любовь хозяина дома вздохнула:

— Любанька? — удивился супруг.

— Я. Ты ж меня из дома перестал выпускать! Даже к родителям.

— Тьфу! Я-то думал, лиходеи какие в нашу глушь забрались!

— А почему жену перестали выпускать?

Михаил Евграфович смутился, а девушка спокойно ответила:

— Пополнение мы ждем. По идее, я должна волноваться, а у нас нервишки у папаши расшалились! «Не ходи, сглазят. Непраздная». Довел!

— Все понятно. — вздохнул сыщик.