Пятнадцать дней в Африке

Наивный как слон, но не такой умный! – быстро описал состояние дел Родс, снова навинчивая на свою снайперскую винтовку глушитель.

– Извини, что я спал и не увидел засаду! – виновато сказал Клим, с уважением глядя на своего напарника.

– Тебе еще предстоит сплавать на берег, посмотреть на месте, не пропустил ли я кого-нибудь в засаде, – обнадежил Родс.

– Можно мы тоже примем участие в боестолкновении? – попросил Муса, умоляюще глядя на Клима.

– Слова ты знаешь, но стрелял ли ты когда-нибудь по живому человеку? – спросил Клим, всматриваясь в чистое лицо подростка.

– В людей я не стрелял, но мы, местные жители, лучше знаем свою природу, а лес – тем более. А эти хваленые спецназовцы даже спрятаться как следует не умеют! Поубивали наших крокодилов, а сами спрятались на дереве, где живут ядовитые муравьи!

– Я ничего не вижу, кроме густой листвы, – честно признался Клим, внимательно всматриваясь в листву высокого дерева, на котором, по словам Родса, засел снайпер.

– Смотрите вон на ту изогнутую ветку.

– Теперь вижу, – признался Клим, в точности следуя советам местного следопыта.

– Переведите взгляд вправо.

– Ничего особенного не вижу, – признался Клим.

– Какой вы невнимательный! – укорил Муса и, взяв двумя руками голову Клима, чуть повернул еще направо.

– Видите, рука в черной перчатке лежит на ободранной от листьев ветке? Значит, муравьи одного снайпера укусили, и он умер.

– А как поживает второй снайпер? – заинтересовался разговором Родс, рассматривая через оптический прицел дерево.

– Второй человек забрался на самую вершину дерева и в бинокль смотрит на соседний остров, – вмешался в разговор Гун, подползая к амбразуре.

Он протянул Климу автомат с надетой на конец ствола пластиковой бутылкой. По всей поверхности бутылки были проделаны отверстия.

– Кулибин ты африканский, – похвалил Клим, всматриваясь в лицо подростка.

– Снайпер сидит на развилке и далеко отполз от основного ствола. Если перебить выстрелом ветку, то снайпер упадет вниз и разобьется. Я понимаю, что на теле снайпера не должно быть огнестрельных ранений, – объяснил свой план Гун.

– Почему именно Гун должен стрелять? – возмутился Муса, которому очень хотелось поиграть в настоящую войну.