Пятнадцать дней в Африке

Когда Клим протянул вперед обе руки, полностью копируя движение негра, в голове вновь вспыхнула картинка сигареты, оплетенная разноцветными линиями. Клим чувствовал, что он может поднять, кинуть через всю кабину, сломать сигарету, но его останавливал какой-то барьер, через который у него не хватало сил перейти. Весь уйдя в свои новые ощущения, Клим не заметил, как негр достал из нагрудного кармана короткий, не больше пяти сантиметров корешок и откусил от него маленький, не больше спичечной головки, кусочек.

Сморщился, но не стал ничего говорить, а откусил еще один, точно такой же. Пальцами вытащив второй кусочек изо рта, насильно всунул его в рот Клима. Клим почувствовал, как во рту полыхнуло, будто влили расплавленный свинец. Едва он хотел выплюнуть, как рука негра легла на его губы. Климу ничего не осталось сделать, как проглотить этот микроскопический кусочек дерева. Невероятная горечь сразу связала рот и покатилась по пищеводу, разгораясь в животе огненным костром. От боли у Клима глаза полезли на лоб, хотя через секунд пять ощущение боли и жжения прошло.

Клим почувствовал необыкновенный прилив сил. Сейчас он был готов сломать, вертеть сигарету и даже пронести ее через ветровое стекло.

Для пробы Клим немного приподнял сигарету над панелью и тут же положил ее на место, повинуясь густому, с необычными интонациями голосу, прозвучавшему у него в голове:

– Ты сможешь это сделать, но не надо. Твой белый приятель ненавидит тебя…

«Он давно хочет убить меня, – мысленно ответил Клим и встряхнул головой, быстро взглянув на негра, который с каменным лицом сидел, положив руки на рулевое колесо».

Губы негра были неподвижны.

– Пойдем прогуляемся на речку, я хочу с тобой поговорить, – снова предложил незнакомый голос.

– Надо сходить проветриться, наши пьяницы долго еще будут спать! – вслух сказал Клим, открывая дверцу кабины.

Негр со своей стороны открыл дверцу и быстро спрыгнул на землю. Ван Вейс дернулся выйти за ними, но негр сделал быстрый пас левой рукой, и южноафриканец истуканом застыл в кабине.

Отойдя на пять метров от машины, негр присел на камень, сделав приглашающий жест Климу. Клим почувствовал необъяснимое спокойствие и уверенность рядом с этим человеком, одетым в порванную клетчатую рубашку и неровно обрезанные снизу шорты.

– Ты белый – человек войны. Я первый раз вижу белого, который относится к негру, как к обычному человеку, – начал разговор необычный водитель.