Зверь так же появляется в моей жизни эпизодически. Но каждый раз прямо говорит, что жаждет сделать меня своей.
Я отшучиваюсь. Отношений больше ни с кем не хочу.
К весне Матвей и Ден окончательно разделили фирму. Теперь юридически это две независимые компании.
Я плакала. Решила, что из-за меня парни бизнес делят, но Матвей смог убедить меня в обратном. Они давно к этому шли. Я здесь ни при чем, и этот раздел никак не влияет на их дружбу.
**************
- Моть, ты дома? – спрашиваю в трубку.
- Дома. Придешь?
- Сейчас буду.
Складываю в бумажный пакет немного остывшие слойки с вишней и бегу к брату. Я их почти не ем, а он любит. Захожу в его подъезд, угощаю консьержа и поднимаюсь на лифте в квартиру брата.
- Опять стряпню тащишь? – глядя на пакет в моей руке говорит он.
- Мне кажется, ты похудел…
- На себя посмотри, - подначивает меня.
Пропустив замечание мимо ушей, выкладываю слойки на плоскую тарелку и включаю чайник.
Так и живем. Готовлю у себя, а затем с кастрюльками к Моте бегу. Сама разбаловала, а теперь переживаю, как бы не пропал без меня.
В прихожей раздается трель дверного звонка, и мы синхронно поворачиваем головы на его звук.
- Кого-то ждешь? Я помешала?
- Никого, - идет в прихожую, чтобы посмотреть, кто пришел.
Я же достаю чашки, начинаю разливать чай и чувствую укол в сердце, когда слышу знакомый голос.
Это Ден.
Сердце разгоняется, а ноги наливаются свинцом.
Мы ни разу не встречались с ним последние три месяца, что очень странно, учитывая, что живем по соседству.
Я даже думала, что он продал квартиру и переехал в другой район, но Матвей обмолвился, что недавно засиделся у Дена до утра.
На пороге кухни появляется брат. С виду спокойный, но смотрит на меня цепко.
- Ден пришел.
Дергаю бровями, словно приятно удивлена.
- Привет, - посылаю темной фигуре, что застыла за спиной Моти.
Слышу такое же «привет» в ответ и ставлю чашки с чаем на стол.
- Я не вовремя, - говорит тихо Денис, - позже зайду.
- Брось, Эля стряпню свою принесла, - проговаривает брат, а сам внимательно на меня смотрит, - выпей с нами чаю.
Я улыбаюсь. На Тюменцева не смотрю. Не могу себя заставить, словно боюсь обжечься."
"- Я позже зайду, - повторяет он упрямо.
Чувствую, как по лицу расползается жар. Что это? Неужели видит мою нездоровую реакцию?
- Оставайся, - вступаю я неестественно высоким голосом, - мне пора бежать.
- Эля…
- Дела… - шепчу брату, касаясь его плеча.
Матвей хмурится, но остановить меня, Слава Богу, не пытается.
