Пигалица (СИ)

Давай, девочка, превращайся уже обратно в мою Пигалицу. Стрельни в меня своей искрометной шуткой и скажи, что все еще любишь.

- Это типа извинение?

- Типа да, - подхожу ближе, беру лежащую на ее столе шариковую ручку, начинаю крутить в пальцах, - встретимся вечером?

Элька кусает губы, хмурится, и мне даже кажется, что вот-вот заплачет.

- Нет, Ден. Ничего у нас с тобой не выйдет.

Я слышу каждое ее слово, но мой мозг отказывается воспринимать это всерьез. Что значит, нет?! Что за игры?!

- И почему же нет? – интересуюсь, пряча вспыхнувшее раздражение за мягким тоном.

- Правильно ты тогда сказал, не получается у нас. Мы разные.

- Хрень или нет, тебе придется это принять, - говорит спокойно, - я не вернусь.

Я смотрю на нее и не узнаю. Что с ней произошло за эти несколько недель? Куда делась моя Мелкая? На все готовая ради меня Элька?

- На сто процентов, - голос ее вздрагивает, - ты никогда не сможешь дать то, что нужно мне, а я никогда не стану, такой как хочешь ты.

- Ты опять е@бешь мне мозг.

- Вот именно об этом я и говорила, Ден! – восклицает Элька, - уходи!

- Я понял, - проговариваю хрипло, - больше не побеспокою.

Крутанувшись, вылетаю из кабинета и слышу ее сдавленное:

- Ничего ты не понял!

Сука… чего она такая трудная-то?.. Каблука из меня хочет сделать, что ли?.. Так я ведь дрессировке не поддаюсь.

Дождь почти закончился. Перескакивая через лужи, добираюсь до своей тачки, закуриваю и прикрываю глаза.

Все, хватит. Отпустить ее и забыть. Пусть нормального себе найдет.

- Твою мать!.. – бью рукой по рулю, - заебала!

В клуб прихожу с намерением нажраться. Варясь в собственном дурном настроении, глушу вискарь почти без закуски.

Злость немного отпускает. Наваливается тоска. Парни ржут, я один сижу с лицом, будто дерьма наелся.

- Тяжелая неделя? – интересуется Мот.

Поднимаю на него взгляд. Картинка перед глазами покачивается. Кажется, я уже в кашу.

- Не хочет она со мной! – выдаю ее братцу.

- Все-таки, заходил к ней?

- Похер… - игнорирую его вопрос, - не доросла Малая еще до отношений.

Мот начинает ржать. Толкает меня в плечо и, закинув голову, снова ржет.

- Дурень… это ты не дорос! Трясешься над своей свободой, как Кощей над своим яйцом.

- Куда ж мне, - рычу с обидой, - это ты у нас человек с семейным опытом. Да, Мот?

- Заткнись, - мгновенно звереет друг.

На больную мозоль наступил.

Поднимаюсь и, пошатываясь, иду к бару за добавкой.

- Привет! – звучит справа.