Сидели мы с Катей и вычисляли – скока это будет если сорок пять футов да помножить на два с половиной метра, да потом ещё на три штуки. Отдельно скуркулировал гаражик наш и отдельно же самолётик наш непосредственно. А вот его как считать? По площади отбрасываемой им в полдень тени? Или длину на размах крыльев перемножать?
Через полчаса другой маневровый тепловоз объявился. Не говоря худого слова, на сцепку нас прицепил, помощник машиниста из того тепловоза прибёг и тормозные шланги подключил. Дуданул задиристо.
Залезли опять мы в вагон, да и поехали с Богом, вокруг города Порто-Франко и залива одноимённого, подталкиваемые сзади тепловозиком. Минут через тридцать залив обогнули и обнаружили мы забор высокий и сплошной. К углу подъехали. В углу том над забором будка караульная возвышается. Ну, как на базе переселенческой. Только стволы пожиже из неё торчат. Но длинные, не иначе – крупняк. В бетонной стене разошлись широкие металлические ворота, и мы величественно поскрипывая буксами, прокатились в них, проехав до тупика.
В конце ветки и самого аэродрома, возле козлового крана с длинной выносной консолью, затормозили. И тут настал конец нашему пути. Тут нас и оставили, в тупике этом. Мы ехали, ехали, и наконец – приехали! ""Здравствуй простор широкий, весну и молодость встречай свою!"". Типа того.
Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко. Аэродром ""Порто-Франко"". 18:20. 15 число 6 месяца. Суббота. 22 год."
"Слезли мы с Катей на грунт иной планеты, за ручки взялись.
Стоим, принюхиваемся. Озираемся. Жарко! Тепловоз отцепился, дудукнул прощаясь, и уехал в обратном направлении. А смотреть-то особо и нечего. Бетонный забор трёхметровой высоты совершал тут ещё один поворот, на 90 градусов. На углу возвышается другая караульная будка, с лесенкой. Тоже снабжённая длинноствольным крупнокалиберным пулемётом и часовым при том пулемёте. Часовой с интересом пялится на кирию. Поворачиваемся на 180 градусов.
Ну, чтобы ему полностью все проекции продемонстрировать. Поле перед нами лётное. Огромное, с травкой жесткой, невысокой. Плоское. Вдали несколькой зданий и стоянка вдалеке плохо различимая с самолётами, и похоже, вертолётами. На отшибе шайбы, серебрянкой крашеные, сияют на солнышке. Аэрофилд, одним словом. Типичнейший.
Я обратно в самолёт вскарабкался и к Морсу внимание проявил. Морсик так расхворался, что решил никуда не ходить, болезный.
