Команды урчать не было! Была команда – «Рядом»! Выполнять!
Катерина в беседы не вмешивалась, потягивала какой-то местный сок и чему-то улыбалась, всматриваясь в себя. Я разрушил ее грезы:
– Катя. Давай поженимся? Прямо сейчас! Пошли, Катя, в храм? Свидетель у нас есть, еще кого на улице поймаем и поженимся?
– Что? – опешила Катя. – Вот прямо сразу? А свадьба?
– А чего тянуть? Обвенчаемся тут, пока храм на месте, а свадьбу тоже справим. Как устроимся, с людьми познакомимся, подружимся. Какая ж свадьба без гостей? И без баяна?
– Но я не одета!!!
Так.
Это значит, что она согласна. Здесь и сейчас. Витамин, не вздумай брякнуть по поводу ее мнительности. Если женщина говорит, что она не одета – это не значит, что она раздета. Это мужская логика. Если женщина говорит, что она не одета – это значит, что она одета не так как должно и подобает по случаю. По ее мнению. Это тебе фиолетово-черно, в чем она будет перед попом стоять, с тобою под мышкою. А ей… ей далеко не фиолетово!
– Катя! Немедленно возьми, Катя, денег.
И поди, Катя, немедленно оденься. Как подобает, Катя! Дабы мне было не стыдно венчаться с тобою, Катя, пред ликом Господа нашего. Ну и зрителям, чтобы было на тебя посмотреть приятно… и завидно, если таковые случатся. Я знаю, что у тебя есть деньги. Но ты, для такого случая, обязана потратить взятые из моих рук. И я не пойду помогать тебе с выбором наряда. Потому, что я тебе не какой-то-там Ретт Батлер-Дворецкий, задутый ветром петь в терновник. Беги, родная, беги. И сей же миг исчезни в недрах окрестных бутиков с глаз моих … на два часа! Раньше ты все равно не управишься.
Я так, думаю. Встречаемся у врат храма. Беги, Катя, уходит время золотое.
Ничего не сказала золотая рыбка, а с видом ошарашенно-обреченно-озабоченным только хвостиком махнула. И в ближайший бутик нырнула. В самые его нёдра.
– Грегуар, а не прокатится ли нам до аэропорта? Ты, как, намерен присутствовать на торжественном акте запуска меня в эксплуатацию? И Морс намерен. Но его в храм не пустят.
Он не крещеный. Потому он останется сторожить наш лайнер. А тебя в храм пустят. Несмотря на то, что ты тоже некрещеный. Можем, заодно и окрестить, кстати. Кого нету?! Ну, ты темный! Гриня, мы ж «…летаем под Богом, возле самого рая!» И очень просто нам «подняться чуть выше и сесть там…» Слышал эту песню? Папа ее любил? То-то! А ты говоришь… нету… Стоять! Эй, таксатор, а ну сюда давай. Тут целый рубель на дороге стоит. В смысле – экю. Тут тебе ручку позолотят.
