Пин-код для Золушки

Тогда она инстинктивно попыталась скрыться в глубине, но линь натянулся и потащил за собой ружье и держащего его человека, так что быстро нырнуть не получилось — приходилось тащить за собой лишний груз, который вел себя отнюдь не пассивно, а напротив — рвался наверх…

Шейх действительно изо всех сил работал ластами, но подстреленная добыча сдаваться не собиралась и, несмотря на все усилия, тянула его прочь от яхты и вниз, ко дну… Это было честное единоборство: сейчас ему не могло помочь ни богатство, ни связи, ни прекрасно обученные «Соколы пустыни» — здесь находились только он и акула, причем рыба находилась в своей стихии… Но именно это и привлекало его в акульих охотах, именно сложные победы в схватке один на один давали ему чувство самоуважения и уверенности в любой ситуации и с любыми людьми, зверями или призраками, если таковые вдруг объявятся…

И без того довольно прохладная вода ощутимо похолодела и стала плотней, солнечные лучи уже не достигали этого уровня, наступил сумрак, и шейх пожалел, что снял с оружия фонарь.

Щелчки легочного автомата показали, что он меняет подачу дыхательной смеси в соответствии с большей глубиной. Три щелчка — пятнадцать метров…

Ахмед бен Касим не собирался покорно погружаться в пучину — хищница могла затащить так глубоко, что вынырнуть уже не удастся. Он знал, что сделал неплохой выстрел: гарпун вошел в голову основательно — акула не проживет долго с таким ранением. Но сразу такая живучая тварь не погибнет. Поэтому дело затягивалось, и он похвалил себя за то, что сделал индивидуальный заказ оружия по своим требованиям.

Ружья такого типа хороши тем, что их можно не перезаряжать: баллона со сжатым газом хватает на десяток выстрелов. Но надо каждый раз вкладывать новый гарпун и пристегивать его к линю, а сделать это трудно или даже невозможно, особенно когда раненая акула уходит, таща за собой незадачливого охотника, как происходит сейчас! Но благодаря предусмотрительности у него был готов к выстрелу второй ствол, надо было только правильно им распорядиться!

Шейх подтянулся за трос поближе к раненой добыче и выстрелил из второго ствола в большой, словно блюдце, глаз.

На этот раз гарпун тоже попал в цель, хищница рванулась вправо, влево, вверх, вниз — словно норовистая лошадь, желающая сбросить всадника. Это ей не удалось. Хотя шейха бешено мотало из стороны в сторону, а ружье с силой вырывалось из рук, но он вцепился в него мертвой хваткой и удержал единственный предмет, который мог помочь ему вернуться в привычный мир.