Пин-код для Золушки

 — Честно говоря, первый раз мою статую собираются купать в шампанском, причем вместе с моделью! И первый раз ее купили за такие деньги!

— Да-а-а, теперь вы пойдете в гору! — заметил Мак. — Все вечерние газеты и телеканалы сообщат новость о главном событии сегодняшнего торгового дня. И, несомненно, популярность ваша сильно возрастет, от клиентов не будет отбоя!

— А вы подвезете нас? — с милой улыбкой спросила «Сьюзен». — Мы плохо знаем город, и не хотелось бы связываться с такси…

— Конечно, — благожелательно сказал Флетчер.

 — Я только вызову свою машину и распоряжусь, чтобы скульптуру тоже доставили туда…

Он отошел на несколько шагов и набрал номер водителя.

— Алекс, забери нас у аукционного дома. И позвони на «Стеллу», пусть готовятся к отходу и сервируют стол на восемь человек.

Адреналин в крови растворялся. Флетчер уже хотел отключиться, но посмотрел на переговаривающихся в стороне Мака и Роберта, на застывшее лицо «черного леопарда», на «Сьюзен» с «Виктором», беседующих с Раджешем Рачапалли, и добавил:

— И еще… Захвати моего малыша!

— Я понял, сэр, — ответил Алекс.

«Стелла», разрезая белым форштевнем мутные воды Темзы и оставляя за собой длинные расходящиеся «усы», ходко шла вниз по течению. Это была рядовая яхта для бедных олигархов, находящихся во второй половине списка журнала «Форбс».

Она, конечно, не могла сравниться с «Ориентом» — здесь не было ни вертолета, ни подводной лодки в трюме, ни искусственного интеллекта в системе управления, и палуб было не четыре, а всего две. Зато на верхней не было холодного трупа с исклеванным чайками лицом, а сидели за столом теплые и на первый взгляд веселые люди, которые ели ростбиф средней прожарки, пили двенадцатилетний виски «Глен Сильверс», шампанское «Моэт Шандон» и дружески беседовали, во всяком случае, именно такую картину наблюдали кружащиеся над яхтой чайки — в основном речные, но и несколько морских, залетевших сюда из близкого уже Северного моря, которые были вдвое крупнее, наглее и прожорливее, но и они не осмеливались пикировать на вполне живых и бодрых пассажиров, проводящих время за дружеским обедом.