Пин-код для Золушки

Индиец опустился на колени и принялся осматривать ступни мраморной женщины. Уже смеркалось, и стюард подсвечивал ему фонариком. Семь пар глаз уставились на скрюченную фигуру скульптора. Все следили за его манипуляциями, но разобрать ничего не могли, только слышали противный скрежет и кряхтение. Нервы у Мадибы были напряжены, и не только у него. Флетчер даже привстал в нетерпеливом ожидании.

— Есть! — наконец, сказал Раджешь, выпрямляясь.

В поднятой руке он держал пинцет, в котором был зажат крохотный черный прямоугольник, действительно похожий на сим-карту.

Наступила мертвая тишина. Теперь все поняли, кто сразу, кто с запозданием, но поняли — это и есть тот самый пин-код, который предназначался для Киры. И настроение у недавно веселой компании мгновенно изменилось.

— Ну вот! — снова засмеялась «Сьюзен». — Сегодня удачный день, мои предположения сбылись. Кира получила то, что хотела. А вы все свидетели: половина этого — моя!

Но никто не поддержал ее веселья. Напротив: на палубе яхты «Стелла», которая шла по широченному устью Темзы, выходящему в Северное море, в сгущающихся сумерках сгустилась и угрожающая тишина.

Как будто газ из незакрытого крана клубился тут и ждал только вспышки, искры, зажженной сигареты или спички. Ведь каждому стало ясно — Раджешь держит ключ к большим деньгам. И самое главное, что любой может им воспользоваться! Если, конечно, ему никто не помешает…

«Сьюзен» открыла свою сумочку, которая небрежно висела на спинке кресла. Мадиба полез за спину, будто хотел почесаться. «Виктор» сунул руку в карман брюк.

Собственно, карман был отрезан, и ладонь легла на рукоятку револьвера, закрепленного в открытой кобуре на внутренней поверхности бедра. Флетчер нащупал в кармане пиджака свой крохотный «браунинг» и отключил предохранитель. Мак, будто случайно, взял лежащий справа от тарелки нож — красивый, с длинным острым клинком из хорошей стали: все сервировочные приборы на яхте были высокого класса. И он вполне годился не только для того, чтобы резать говядину… Взрывоопасная атмосфера достигла критической концентрации. Теперь дело оставалось за искрой.

— Дайте мне эту штуку, Раджешь! — произнес Флетчер уже не любезным, а приказным тоном.

— Вот еще! — возмутился Роберт. Оружия у него не водилось, но он достал блокнот и вертел в руках ручку. — Почему это?

— Потому что статуя принадлежит мне. Я ее купил.

— Вовсе нет, — сказал Мадиба. — Я выставлял на аукцион только статую, а не то, что в ней находится!

— Совершенно верно! — кивнул Роберт.