Пипец Котенку! 4

Артефакты и печати и… не знаю, что ещё. Даже тебя, в твоём трёхслойном доспехе, на клочки разорвёт».

«По-твоему, я этого всего не чувствую? Но спасибо за предупреждение».

— Так, я что-то не пойму, — поворачиваюсь обратно к Суркову. — Если князь уже семь лет не выходил из поместья, как узнали, что он при смерти?

— А вот это очень интересно, Ярослав, — щурится барон. — Позволите называть вас просто по имени?

— Можно даже на «ты», если хочется. Не люблю официоз.

— Как скажешь, — кивает Валерий. — Так вот, несколько дней назад в поместье князя прибыл целитель из Барнаула.

Сильный целитель, такого просто так не вызывают.

— Мало ли, может, дедушке поплохело.

— Дедушке, между прочим, сто тридцать лет, и я бы не рискнул его так называть, — хмурится Сурков.

— Ха! Ты только что назвал.

— Ты… — барон слегка поражён моими простецкими манерами. — Ладно. Слушай дальше. Целитель по пути обратно остановился в поместье графа Смородина. Там он поделился секретом, что у князя редкое магическое заболевание.

Что-то с ядром, одним словом — скоро он лишится волшебной силы.

— Ага, — до меня начинает доходить. — А если он её лишится, то и помрёт очень скоро.

— Очень скоро, — эхом отзывается Сурков. — Граф Смородин сразу же отправился сюда, надеялся уговорить князя сделать его преемником.

— Все мы здесь за этим, — улыбаюсь я.

— Да. Кстати, обрати внимание, вон едет несколько всадников. Совсем мои люди не справляются, — бормочет Валерий."

"Поворачиваюсь. Действительно, по той же дороге, по которой недавно ехал я, спускается несколько конных.

Ещё одни желающие убедить Корсакова в том, что их заднице будет на княжеском троне лучше всего.

Чувствую, скоро здесь будет не протолкнуться. И чем больше будет собираться людей, тем меньше вероятность того, что обойдётся без драки.

— Ну понятно, — киваю я. — Целитель проболтался, а потом слухи разошлись, и вот мы здесь.

— Совершенно верно, — кивает барон. — Вопрос только в том, как нам достучатся до князя.

И что делать, если он уже скончался. Чувствуешь, какие сильные там магические ловушки?

— Ещё бы. Там шагу не ступишь.

— Вот-вот, Ярослав. А если Павел Егорович мёртв, немногие смогут справиться с этими ловушками.

— Я справлюсь.

Сурков усмехается.

— Эх, в молодости я был так же самонадеян.

— Я самоуверен. Чувствуешь разницу? — втыкаю взгляд в хилую тушку барона. — Хотя нет, у слова «самоуверен» негативная окраска. Я уверен в себе.