Пиранья. Бродячее сокровище

 — Обычный розыскной лист, который рассылают по всем провинциальным полицейским управлениям, в любом участке их на стене налеплено множество… Ничего такого, из-за чего стоило бы принимать экстраординарные меры. Рутина…

«Хорошо тебе говорить», — уныло подумал Мазур. И пожал плечами:

— Представления не имею, чем я насолил тайной полиции…

— Успокойтесь, Джонни, дела обстоят все же не настолько плачевно… Все оттого, что вы не знаете испанского. Тайная полиция у нас именуется «политическим департаментом», «департаменто де политико», а «полисия секрета», запомните на будущее, означает всего лишь «сыскная», то есть уголовная.

— Для кого как, — угрюмо отозвался Мазур.

Мазур какое-то время колебался. Нельзя было исключать, что дон Санчес попросту берет его на пушку, блефует согласно каким-то потаенным, далеко идущим планам. С другой стороны, бумажка могла оказаться и настоящей, пущенной в коловращение полицейского механизма то ли после безвременно смерти капитана Агирре, то ли после печальной истории с супругами Ройс.

Мазур протянул оба документа через стол. Алькальд проворно выдрал листики из обложек, тщательно порвал на кусочки, сложил их в пепельницу и поднес спичку. Вспыхнул крохотный костерок, в котором быстро сгорала насквозь придуманная жизнь…

— Вот так, — энергично сказал алькальд, вороша пепел полусгоревшей спичкой. — Нет больше никакого австралийца с непроизносимой фамилией.

— Согласен, — сказал Мазур с непритворным вздохом.

Оказавшись на улице, он нахлобучил шляпу на глаза, чувствуя себя довольно неуютно. Не теряя времени, направился в сторону заведения донны Розы — среди прочего, на первом этаже имелась и парикмахерская, где с него, доверенного сотрудника, денег не должны были требовать.

Предположим, бумажка настоящая. Тогда возникает вопрос: отчего же алькальд не выдает согласно своему служебному положению и гражданскому долгу беглого преступника, находящегося в розыске за убийство, а наоборот, снабдив его оружием, нанимает на некую работу? Что же это за работенка такая предстоит?

Предположим, эта история — чистый блеф.

Он поднял глаза и увидел хозяйку и повелительницу. Донна Роза восседала за рулем небольшой японской машинки и нетерпеливо ему махала.