Пиранья. Бродячее сокровище

 — У тебя великолепные ножки, и вообще ты прекрасна и ослепительна — но я реалист и прекрасно понимаю, что для меня ты навсегда останешься далекой звездой, недосягаемой мечтой, а потому нужно уделить внимание более доступным удовольствиям…

— Надо же, — сказала она безмятежно. — Вот уж не думала, что австралийцы способны на такое красноречие. Прости, но я отчего-то полагала их людьми неотесанными…

— Ты забываешь, что я не типичный австралиец, — сказал Мазур. — Я моряк, полсвета исколесил, а это, согласись, расширяет кругозор и обогащает лексикон.

В общем, ты очаровательна, и этот халатик тебе ужасно идет. Если ты будешь настолько неосмотрительна, что подойдешь поближе, я его непременно с тебя сорву, а так — лень вставать. Даже цивилизованные австралийцы, избороздившие полмира — ужасные лентяи…

Девушка посмотрела на него без особого возмущения, с тем же пытливым любопытством, поинтересовалась:

— А почему ты так уверен, что не получишь немедленно по физиономии за этакие речи?

— Потому что нутром чую: ты совершенно нормальная женщина, а любой женщине в глубине души приятно, когда к ней питают дикарскую страсть…

— Мне что, следует в обморок упасть с закружившейся от столь пылкого излияния чувств глупенькой головкой?

— Достаточно будет, если ты стыдливо покраснеешь, — сказал Мазур великодушно.

— Это я подобным образом маскирую застенчивость, — признался Мазур.

— А ты, случаем, не забыл, что я просто-напросто наняла тебя на нехитрую работу? — прищурилась она.

Мазур в секунду ссыпался с постели и встал по стойке «смирно»:

— Конечно, мэм! Само собой, мэм! Готов приступить к работе! Что прикажете делать — катать квадратное или таскать круглое? Об одном прошу, хозяйка, мэм: не заставляйте меня выбрасывать старые бумеранги — уж мы-то, австралийцы, знаем, какой это тяжкий и безнадежный труд…

— Сядь, — сказала Энджел. — Работы пока что нет, но обязательно будет… Значит, застенчивость маскируешь? Мило.

Что-то я не встречала застенчивых моряков, равно как и лесных бродяг…

— Ну, какой из меня лесной бродяга, — сказал Мазур. — Так, недолгий и неудачный дебют…

— Налей виски. Уж это ты должен уметь…

— А как же, мэм, хозяйка, — сказал Мазур, ловко манипулируя с бутылкой, стаканами и сифоном. — Дело для моряка знакомое…

«Интересно, какого тебе рожна от меня надо? — подумал он со своей обычной в таких случаях здоровой подозрительностью.