Пиранья. Охота на олигарха

Приятно служить в респектабельной фирме, юноша?

– Жалованье приличное, тринадцатая зарплата, казенные портянки раз в год выдают...

Водитель промолчал, кажется, приняв решение с этой минуты игнорировать пассажира. Мазур тоже помалкивал, вполглаза наблюдая за дорогой. Они ехали где-то недалеко от центра, по извилистым старомосковским улочкам, застроенным, правда, более чем наполовину самыми современными зданиями. Свернули во двор. Водитель мастерски крутился среди множества припаркованных по обе стороны узенькой дорожки машин, наконец остановился.

– А дверь мне вы не откроете? – осведомился Мазур.

– Сами справитесь, не президент, – отрезал парень. – Пойдемте. Приехали.

Он опередил Мазура, остановился перед кодовым замком на металлической двери без вывески, проворно набрал шесть цифр (которые Мазур моментально запомнил до единой), потянул ручку:

– Пойдемте, босс ждет.

Мазур вошел первым. За дверью обнаружился не особенно длинный светлый коридор, справа – небольшая лакированная стойка, за которой восседал крепкий парнишечка в черной форме с желтой надписью «Охрана» на груди и эмблемой на рукаве.

Наблюдательный Мазур тут же подметил, что справа от него, прислоненный к стеночке, стоит АКСУ с примкнутым магазином. Дети малые, хотя и респектабельные, подумал Мазур. Обязательно нужно сажать на входе амбала с тарахтелкой, без этого не видят должной респектабельности...

Справа – две двери, в противоположном конце коридора – еще одна. Слева – проем, за которым видна приемная, где за столом восседает симпатичная блондинка, в должной степени оснащенная телефонами, компьютерами и еще какими-то канцелярскими игрушками.

Не теряя времени, Мазур направился прямо к ней, щелкнул каблуками и представился:

– Адмирал фон Троттенхауэр. Василий Лукич, я полагаю, изволит ждать?

– Извините, но... – блондинка растерянно воззрилась через его плечо на водителя.

Тот сказал с усмешкой:

– Да нет, это он и есть. Просто человек по жизни веселый, спасу нет.

.. Всю дорогу меня смешил, животики надорвешь...

– Вы мне тоже очень понравились, юноша, – сказал Мазур. – Какая жалость, что я не голубой... Но если почувствую, что на меня накатывает – старческие аберрации, знаете ли, – непременно скажу... Вы тут постоянно?

Своего он добился: теперь и блондинка за столом сидела в совершеннейшей растерянности, не зная, то ли хихикать, то ли вежливо попросить вести себя в приличном месте серьезнее.