Пиранья. Война олигархов

Следовало бы помнить, что уж кто-кто, а Самарин, за исключением единичных случаев, кои можно по пальцам пересчитать, просто так никогда ничего не говорит. А значит, следовало максимально сконцентрироваться. Да и сейчас говорит наверняка по закрытому каналу, ни одной прослушкой не берущемуся.

– В зоопарке, промежду прочим, тоже небезопасно, – заявил Мазур после едва уловимой паузы. – А ведь секретность превыше всего, даже на пенсии. Враг не дремлет – и среди гамадрилов тож. Хотя – нам, пенсионерам, уже на секретности наплевать…

– Да какая, к лешему, секретность, – недовольно буркнул в трубку Самарин.

 – Ты, как ты правильно заметил, на пенсии, я в отгулах… Не боись, ничего эдакого я тебе не скажу и не прикажу. Просто так посидим, честное слово. Сколько мы с тобой, говоришь, не виделись?

– Я ж не против… Посидеть так посидеть. Когда?

– Завтра я не могу, дела, поверишь ли… А вот в четверг, а? Ты не занят?

– Счас посмотрю в органайзере, – съязвил Мазур, достал сигареты, сунул одну в рот и закурил.

 – Так… У, брат, у меня тоже дела… Но ради тебя, так уж и быть, партию в домино на заднем дворе с Чубайсом перенесу на следующую неделю.

Лаврик шутку не оценил, сказал:

– Пивной ресторан на Малой Дмитровке, возле метро «Пушкинская». «Старина Мюллер» называется…

– Душа моя, ты и рестораны с подтекстом выбираешь! – удрученно вздохнул Мазур.

– В смысле? А, название… – Лаврик хмыкнул. – Да ну что ты, никаких аналогий. Просто рядом с ним есть забегаловка, попроще, поуютнее и подушевнее… – И он вкратце объяснил, как найти кабачок.

 – Ну так что, давай тогда в четверг, часиков в семь?

– Давай в семь… – у Мазура в ушах запели военные трубы.

– Жена-то отпустит? – напоследок деловым, даже озабоченным тоном поинтересовался Лаврик.

– Иди ты… – ласково попрощался Мазур, нажимая кнопку отбоя.

Мазур даже не заметил, не услышал, не уловил, как они приблизились. Или это был всего один человек? Прятался за машиной? В кустах? В тени портика? Черт его знает… Надо признаться, сработано было профессионально.

И нагло. Прямо здесь, на освещенной стояночной площадке, где в любую секунду мог появиться либо припозднившийся, либо, напротив, покидающий раут гость, где охраны, как блох на барбоске, – и сделать все столь грамотно… Заслуживает уважения, честное слово.

Самое обидное, что Мазур, открывая дверцу автомобиля и одновременно выуживая зажигалку, краем глаза увидел собственную тень на асфальте, а рядом с ней еще одну, неведомо откуда возникшую сзади.