Пиранья. Война олигархов

Между кулаками бородатого зазвенела натянутая струна, да не простая, а хирургическая, изобретенная удальцом Джигли. Такая струна с алмазным напылением может перепилить кость на раз, а уж горло перережет столь ювелирно, что мама не горюй: еще продолжаешь крыть изобретателя матом, а голова твоя уже катится прочь…

Пила вжикнула по стволу, которым Мазур поставил блок, сняла с него металлическую стружку, вскользь полоснула по руке, вырезав на коже четкий круг, как фрезерный станок. Мазур, чуть не выворачивая собственные суставы, локтем засандалил гостю в чувствительное место под мышкой, аккурат по большому нерву.

Испытанный прием, потому и работает безотказно. Хоть на пару секунд, да вырубает оппонента. Оппонент действительно хлопнул глазами, грабли его зависли в половине дистанции до горла Мазура, а Мазур извернулся, помня об инерции, и вовремя: товарищ промахнулся, и удар струны пришелся как раз по тому месту, где только что находились весьма ценные для Мазура части собственного организма.

Мазур коротко замахнулся, всадил кулаком под ребра бородачу, добавил по почкам для верности. Не хило бы добить духа на поле боя, но второй террорист услышал тихую возню, и уже со всей прыти шоркал на театр военного действия, вряд ли собираясь оставаться зрителем. И что хуже всего, достав на ходу рацию, уже подносил ее к подбородку. До уха Мазура донеслась лихорадочная скороговорка:

– Он уложил Ахмеда с пилой, я маму этой пилы! Он в…

Мазур узнал голос и дал короткую очередь, оборвав комментарий событий на самом интересном месте.

Вот как она складывается, судьба-то: паренек, не скинь невезучего боцмана за борт, еще в начале пути открыл бы чулан, где хоронились Мазур с Олесей, и тогда – кто знает? – может, был бы сейчас жив. Хотя Мазур постарался бы не оставить ему такого шанса. По-любому, теперь, как в считалочке, из двенадцати террористов осталось трое. Если доверять сведениям придурковатого албанца…

Мазур без церемоний высадил стекло иллюминатора – вот когда порадуешься, что буржуи устроили вместо маленьких круглых оконец натуральные домашние окна и – нырнул рыбкой.

Вослед раздались запоздалые недружелюбные очереди. С небольшой высоты он спрыгнул на палубу, уже не заботясь о том, где и кому слышен грохот шагов и пальбы.

Пальба в зале из организованной стала хаотичной и затихла быстрее, чем Мазур распрямил ноги, оказавшись на палубе. В движении он оцарапал руку прихваченной с собой струной.