Пиранья. Звезда на волнах

Я думаю, нетрудно будет улучить момент и передать вам деньги, не вызвав никаких подозрений… И знаете что, господин Хансен? – Глаза китайца были совсем жесткими и холодными. – Я бы не исключал, что вам придется задержаться в наших прекрасных краях…

– Понимаю, конечно. Но…

– Никаких «но», – ледяным тоном сказал Лао. – Это не тема для дискуссий, а свершившийся факт. Я не бросаю слов на ветер и не грожу понапрасну. С этой минуты можете считать, что получили постоянную работу в нашей… корпорации, господин Хансен. Интересную, в чем-то, не будем скрывать, опасную, но хорошо оплачиваемую.

Подождет ваша Европа. Очень скучный континент, право, бывал я там…

– Но позвольте! – в полном смятении воскликнул ошарашенный господин Хансен. – Нужно подумать…

Сейчас он был по-настоящему страшен – должно быть, именно так выглядел, ведя своих орлов на абордаж.

– У меня что, нет выбора? – растерянно пробормотал бедолага Хансен, только сейчас осознав, во что влип.

– Черт, – сказал Мазур. – Меня же после этого даже резать не обязательно…

– Вот именно, – задушевно подтвердил Лао.

 – Ну зачем же вас резать? Это попахивает варварством… Достаточно будет передать эту бумагу в одну из тех смешных государственных организаций, что всерьез озабочены торжеством законности, – и, учитывая некоторые обстоятельства, наша старушка планета станет для вас тесноватой… Есть, знаете ли, такая склочная и въедливая организация – Интерпол…

– Наслышан… – огрызнулся Мазур, со вздохом беря протянутую ручку и опускаясь на коленки у резного столика.

 – Угораздило, а…

– Повторяю, вас никто не неволил, милейший…

Старательно выводя слова, Мазур возопил мысленно: «Охти мне, горемышному! Вербанули, ироды, душу грешную! Затянули вьюношу невинного злодейские рожи!»

Самое трудное было – сохранять на лице горестное выражение оказавшегося в капкане бедолаги, когда душа так и пела оттого, что все прошло как нельзя более удачно. Возбуди он подозрения, никто не стал бы утруждать себя возней с подобными «смертельными подписками» – попытались бы прирезать без затей…

– Вот и прекрасно, – сказал Лао, старательно сложив бумагу вчетверо и упрятав ее поглубже в карман.

 – Не переживайте так, господин Хансен. Корпорация, где вам отныне предстоит служить, старательно придерживается тех самых правил, о которых мы уже говорили: за честную работу мы платим хорошо и вовремя, за предательство или несдержанный язык отправляем на тот свет… – Он снизошел до того, что пару раз легонько похлопал завербованного бедолагу по плечу.