– Насколько я могу определить, вещичка заряжена и продырявить организм способна в два счета… Интересно, чем вы эту милую девочку обидели? Просто так девицы с наганами в квартиры к профессорам не врываются, даже современные раскованные… У нее должны быть веские причины… А?
На лице профессора появилась нескрываемая досада.
– Опять… – протянул он с величайшим неудовольствием. – Я же уже говорил этой паршивой лесбиянке…
Танечка, фыркнув, как разъяренная кошка, рванулась было к нему, но из захвата Мазура, ясное дело, освободиться не смогла – и с придушенным воплем скрючилась.
Мазур хотел отодвинуть ее в сторону, чтобы не путалась под ногами…
Все произошло настолько быстро, что он не сразу и понял.
Неведомая сила – словно бы мощный разряд электрического тока – прямо-таки подбросила профессора в мягком кожаном кресле, и он тут же запрокинулся, уронив руки, с небольшой и на первый взгляд вроде бы даже несерьезной дырочкой посреди лба, а в следующий миг Гена, стоявший посреди обширной богатой комнаты, нелепо дернулся и, подламываясь в коленках, стал оседать с жуткой красной ямой на месте левого глаза – и что-то с явственным характерным стуком ударило в стену, и еще раз, уже ближе к Мазуру…
Он прыгнул спиной вперед, в прихожую, увлекая за собой девушку, успев отметить привычным взглядом три аккуратных дырочки в высоком оконном стекле.
Прижался к стене, разжав пальцы, выпустил наган, проворно извлек пистолет и ухитрился одной рукой загнать обойму, а потом и оттянуть затвор…
Танечка оцепенела от ужаса.
Моментально рассудив, что вреда от нее особенного не будет, Мазур оттолкнул ее к входной двери – она упала, да так и осталась сидеть в углу на корточках. Держа пистолет стволом вверх, он осторожно выглянул из своего укрытия.
Стояла тяжелая тишина, только рация в кармане исходила пронзительным курлыканьем. Те двое, в комнате, не шевелились, и Мазур уже знал, что с ними кончено.
Можно даже примерно прикинуть, где засел снайпер, – на чердаке девятиэтажки напротив. Шторы, болван, идиот, нужно было задернуть шторы… но кто же ожидал такой наглости? Средь бела дня, почти в центре города… впрочем, насколько можно судить, это не наглость, а точный расчет профессионала: если дура у него с глушителем (а так оно и есть), никто на улице не обратил пока что особенного внимания на происходящее.
