Кузьма, ссылаясь на полученные раны, беспробудно глушил ром, а Гийом вновь и вновь предавался любовным утехам со своей туземной пассией. Его можно было понять: молодо-зелено! Юнга напоминал мартовского кота, которого долго держали взаперти и наконец отпустили на волю. Теперь он мог беспрепятственно предаваться древнему инстинкту. Ну, а мнения трех туземных женщин, которые с первого дня путешествия плыли с ними на корабле, мужчины, естественно, не спросили.
Присутствие на паруснике такого большого количества аборигенов наносило не только ущерб запасам воды и продовольствия, но и имело некоторую пользу.
Совместными усилиями белым и темнокожим мужчинам удалось поставить несколько дополнительных парусов, а женщины навели порядок на палубе и в трюме. Настроение ротмистра и команды сразу улучшилось. Еще бы, скорость хода заметно увеличилась, маршрут был известен, и корабль полным ходом плыл в нужном направлении. Скоро у путников будет море питьевой воды и горы всего съестного."
"Но тут проявилась одна неожиданная напасть, которая делала невыносимой существование экипажа — туземные дети.
Множество карапузов, поднятых на борт, расползлись по фрегату, проникали в самые потаенные места на судне, залезли во все закутки и закоулки. Малыши были похожи на любопытных мартышек, так же непосредственны и бесцеремонны. В то время как их родители проявляли благоразумие на незнакомом корабле среди чужих людей, постоянно спрашивая через туземок-переводчиц, что можно трогать, а что нельзя, куда лечь, где встать, эти черненькие букашки повсюду совали свои носы.
С ловкостью обезьян они обследовали мачты, раскачались на всех снастях, порой вниз головой, и один мальчонка рухнул вниз, не удержавшись на рее. Благо свалился он за борт, а не расшибся о палубу. Туземцы переполошились, опасаясь, что ребенок утонет в море, а корабль поплывет дальше, не останавливаясь.
Чтобы достать его из воды, пришлось спустить на воду тримаран, а судну произвести сложный разворот. На тримаран спрыгнул Строганов и четыре аборигенки в качестве гребцов, так как мужчины были нужны для управления парусами, чтобы совершить сложный маневр.
Женщины суетливо налегали на весла, а Серега внимательно вглядывался в безмятежно шевелящиеся волны. На счастье, зыбь была невысокой, и вскоре он разглядел над водой кучерявую головку мальчугана. Казалось бы, и скорость «Кукарачи» была не велика, и с момента падения прошло не больше десяти минут, а спасателям пришлось преодолеть расстояние в полмили.
