Онлайн-библиотека книг
— Слава богу! Я уже думал, ты дал дуба!
— Чего я дал? — не понял Маню.
— К счастью, ничего ты не дал. Ни дуба, ни дрозда! Жив и более-менее здоров!
— Я очень крепко спал, и мне снились страшные сны!
— Молодец! Мы живы, приятель! Ты слышишь, Гийом! Мы живы!
Стояла невыносимая жара. Мореплаватели разулись и практически полностью разделись, беспечно бросив снятую одежду на носу лодки.
Потом страдальцы с жадностью набросились на еду. Бананы запили все той же мадерой, после чего всех сморило, но жажда не давала уснуть, и людям пришлось снова приложиться к вину.
— А не испить ли нам коньячку? — предложил Серега себе и друзьям. — Чтобы сосудики расширить? Для повышения тонуса?
Сказано — сделано. Хлебнув коньяка, люди вошли в состояние транса. Сосуды так расширились, что у юнги и девушки из носа хлынула кровь, они лежали, стонали, мучились и проклинали свою судьбу.
Сергей чувствовал себя ужасно и без конца матерился. Делал он это с различными вариациями, пытаясь на ходу придумывать новые выражения, а друзья, как эхо, повторяли за ним эти витиеватые обороты. Но, как говорится, новое — это хорошо забытое старое. Вот наш полковник и вспоминал, напрягая мозг, старинные русские обороты. Он повторял их старательно, с чувством, как в детстве на утреннике читал стихи. А молодежь громко подхватывала нецензурщину, точно речевку.
Из-за острова на стрежень, На простор речной волны… Эх-ма, речной волны!
«Да-а-а! Если бы речной, то не беда, а тут ширина нескольких тысяч Волг! — взгрустнул Серега.
Глава 28
КОНЕЦ ПЛАВАНЬЯ
Тримаран дрейфовал несколько дней, и люди, все время находившиеся в состоянии легкого опьянения, сбились со счета, сколько же именно. Воду экономили, но и при жесточайшем контроле она быстро закончилась. Еды тоже почти не осталось.
