Вертолет завис над водой метрах в пятидесяти от берега. Спецназовцы, приложив к глазам бинокли, рассматривали прибрежные заросли.
– Капитан, продвинься еще на сто метров вперед, – потребовал Доронин.
Вертолет пошел над водой. Наконец они увидели. Пожелтевшие поломанные пальмовые листья, среди которых застряла кормовая надстройка большого судна. Видно, корабль не собирались никуда транспортировать. Поэтому, выбрав подходящее место, где мангровый лес был узок и небольшой залив скрывали нависшие пальмы, его с ходу вогнали в заросли и посадили на мелководье залива.
Случайно заметить корабль с воздуха было сложно, да и с моря его можно было увидеть, если только искать именно в этих местах.
– Я засек место на карте, – потыкал карандашом второй пилот, – возвращаемся.
– Нет, – сказал Доронин, – вы возвращайтесь и доложите, а мы будем прыгать и осмотрим судно.
– Вы что, с ума сошли? – закричал командир вертолета. – Вернемся на базу, потом прилетим с солдатами. А вдруг там пираты? Тем более что скоро стемнеет!
– А вдруг судно уведут отсюда или груз снимут? Нет, – категорично заявил Доронин, – это наше дело.
Спускайся.
Вертолет двинулся к берегу. Если на судне и были пираты, то они не могли увидеть, что с вертолета спрыгнут люди. Правда, спецназовцам придется проплыть до берега несколько десятков метров, а затем еще пройти по прибрежным джунглям метров двести. Доронин достал рацию и вызвал Торина. Шеф одобрил решение Доронина идти на судно. Торин был уверен, что Доронин даже без оружия сможет выполнить свою задачу, если столкнется с пиратами.
Сняв с головы наушники с микрофонами, спецназовцы сразу окунулись в рев и грохот двигателей вертолета. Второй пилот откатил дверь и стал смотреть на командира. Когда тот поднял большой палец вверх, он кивнул пассажирам. Доронин бросил еще один взгляд на джунгли и прыгнул с десятиметровой высоты. Горбачев дождался, когда напарник вынырнет на поверхность, и прыгнул следом. Вода ударила его по ступням ног и под локти. Горбачеву показалось, что треснули кости.
Когда движение в глубину замедлилось, он стал грести вверх, к поверхности.
– Ну, как ты? – спросил Доронин, когда они выбрались на берег.
– Терпимо. Ногу ушиб.
– Идти можешь?
– Могу, не смертельно, – поморщился Горбачев.
Доронин достал свою рацию и с сомнением осмотрел ее. Из аппарата текла вода. Он попытался поманипулировать кнопками и настройками, но рация молчала.
– Оставь, – посоветовал Горбачев, – потом в спокойной обстановке посмотрю.
