Пирог из горького миндаля

Потолок был выкрашен голубой краской, карнизы позолочены, пышные шторы в цветочек перехвачены алыми лентами. Словом, эта квартира представляла собой образчик законченного китча.

Людмила обвела взглядом комнату в надежде, что страх понемногу отпустит ее. Злу не было места среди ромашек на обоях, плетеных горшочков и ковров, соперничающих яркостью со шторами.

Она взяла телефон – розовый, в сердечках – и набрала знакомый номер.

– Ко мне приходили! – выдохнула она. – Следователь! Расспрашивал про Изольду!

– Тихо-тихо-тихо! Подожди, о чем ты говоришь?

– Следователь! – повторила Людмила, чувствуя, что ее снова охватывает отчаяние.

– Люда, милая моя, это невозможно.

– Я видела его собственными глазами! – всхлипнула она. – Он допрашивал меня.

– В парке! Мне было холодно и страшно, но он меня не отпускал. Ты не представляешь, какой это злобный и жестокий человек!

В трубке забормотали утешительную ласковую чепуху. Но Люда никак не могла успокоиться.

– А вдруг они снова придут?

– Ты не станешь с ними разговаривать.

– А вдруг они узнают?

– Он ведь не просто так ко мне явился, – горячо зашептала Люда. – Ему кто-то рассказал о нас с тобой. Ты представляешь, что будет, если все всплывет? Что будет с тобой? А со мной?!

Она тяжело дышала и едва не плакала.

– Ничего. Не. Всплывет. – Ее собеседник словно отвешивал на весах по одному слову, и каждое тянуло не меньше чем на килограмм. – Я обо всем позабочусь. Никому больше ни о чем не говори, хорошо?

– Никому! – настойчиво повторили в трубке.

– Я приеду к тебе сегодня, – после паузы сказал ее собеседник. – Из квартиры не уходи. И больше не говори со мной об этом по телефону.

– Почему? – изумленно спросила Люда, но в трубке уже раздавались короткие гудки.

Человек, которому она жаловалась на Илюшина, бросил телефон на стол и потер лоб. Разговоры могли прослушивать. Если у нее был следователь, почти наверняка прослушивают! А они наговорили… Стоп, что именно они наговорили?

Он стал вспоминать только что состоявшийся диалог и убедился, что при желании сможет от всего отказаться.

Придется что-то делать.

Первый визит к издателю закончился ничем. Бабкин проделал двести километров, чтобы выяснить, что Виктор Иванович Квадрин, глава издательства «Цикада», уехал по срочно возникшим делам.

– Мы с ним на пять часов договаривались, – мрачно сказал Бабкин секретарше.