Пирог из горького миндаля

Обернулся и очень медленно опустил сумку на пол, как будто она внезапно потяжелела.

– Я, пожалуй, присяду, – сообщил Бабкин. – А то торчим тут как надгробия. Стульчика нету? Жалко!

Он выбрал из груды свернутых в углу ковриков для йоги один, развернул и сел, привалившись спиной к стене.

Голос у Вениамина все-таки дрогнул. И Тишка, до последнего сомневавшаяся, сразу поняла, что Макар прав, прав во всем.

– Или все-таки дороже? – Илюшин нахмурился. – Старик говорил о пяти тысячах, но он мог и ошибаться. Так о какой сумме шла речь?

– Хорошо, это не принципиально, – согласился сыщик.

 – Итак, вы пришли к старику… Хотя начать нужно не с этого. А с того, что у вас обнаружили тяжелое заболевание. Процесс излечившихся довольно высок, но оперироваться лучше в Германии. Денег у вас не было. Единственным человеком, который мог помочь, был ваш собственный отец, с которым вы практически не общались. Но внезапно Прохор возникает из небытия и сообщает, что хотел бы пригласить вас в гости, причем не одного, а непременно с внуком. В смысле, с вашим сыном, Пашкой, которого вы уже привозили к нему, когда он был маленьким. Ваш отец затеял что-то вроде прижизненного выбора наследника и не скрывал, что родителям выбранного ребенка в обмен на разрешение общаться с внуком и влиять на его жизнь он мог бы многое дать. Для вас это означало, что вы получите деньги на операцию.

Яна тихо отошла в сторону и присела на подоконник.

– Я вам сам это рассказал, – проговорил Варнавин.

– Конечно, вы не стали скрывать факты, которые легко проверялись.

Кроме одного. И тут мы подходим к самому интересному. Серега, документ у тебя?

Бабкин неторопливо полез в карман и вытащил смятую бумажку.

– Копия свидетельства о смерти, – прочитал он, развернув ее. – Выдана… ну, это опустим, выдана она с некоторыми нарушениями, поскольку я не являюсь родственником… Ага, вот главное. Павел Вениаминович Варнавин, год рождения – 1985, год смерти – 1989.

– Вы не имели права… – прошептал Варнавин. И вдруг визгливо закричал: – Вы не имели права!

– От чего умер ваш сын? – сочувственно спросил Макар.

– Что с ним случилось, Вениамин?

– Пошли вон! убирайтесь все отсюда!

Илюшин пропустил истерику Варнавина мимо ушей.

– Ваш сын умер от столбняка. Я прав?

Вениамин беззвучно шевелил губами.

– Тамара рожала дома, – продолжал Макар. – Вы с ней сторонники естественного подхода. Настолько естественного, что даже прививок ребенку не сделали. Собственно, поэтому у вас и вышла ссора с родителями.