Письмо ни от кого

Для беседы с ним Малышев пригласил своих заместителей.

– Летом 1980 года я проходил службу в воздушно-десантном полку в должности начальника штаба батальона. Наша часть дислоцировалась в городке Файзабад на севере Афганистана, – по-военному сухо начал свой рассказ Хайбуллин. – В августе месяце к нам поступила информация, что через горные перевалы с территории Пакистана в район кишлака Джурм отправляется караван с оружием. На территории, подконтрольной нашей части, было шесть перевалов. Мы решили перекрыть их все двухэшелонными заслонами.

На перевал Бадахшан-центр командир полка послал группу под руководством лейтенанта Авдеева, во второй эшелон заступил прапорщик Самошкин с десятью бойцами. Расстояние между группами было около пяти километров. В случае прорыва душманов Самошкин должен оставаться на месте, ждать мятежников на горной дороге. Общий замысел был такой: отряд лейтенанта сковывает основные силы противника, а в случае его прорыва Самошкин из пулеметов уничтожает остатки каравана. Позицию Самошкину определили на вершине холма, откуда хорошо простреливалась местность внизу.

Мы ждали караван два дня и вдруг получили сообщение от Авдеева, что в районе расположения Самошкина идет бой. Представьте карту горной местности. Перед вами шесть окон и шесть заслонов, все продумано и перекрыто, и – на тебе! – какой-то блуждающий душманский отряд напал с тылу, а не в лоб. Первая мысль – это отвлекающий маневр. Как только мы пошлем подкрепление Самошкину, враг ударит совсем в другом месте, и у нас не будет резерва перекрыть новую точку прорыва.

Командир полка запросил поддержки у вертолетчиков, но у тех не нашлось свободной «вертушки», и группа прапорщика Самошкина осталась предоставленной сама себе. Помочь ей ни с земли, ни с воздуха мы не могли."

"На прорыв душманы пошли не через перевал Бадахшан-центр, а по самому северному коридору. Мы без труда разгромили караван и приказали Авдееву выдвинуться на помощь второму эшелону. Дальше будет история грязная, малопонятная и запутанная, и будь Самошкин жив, я бы никогда не стал ее вспоминать.

Что хотите обо мне думайте, но я служил с ним в одном полку, ел один хлеб, под одними пулями жизнью рисковал. У нас, у ветеранов Афганистана, свои понятия о чести и воинском братстве.

Когда Авдеев поднялся на вершину, обороняемую группой Самошкина, то обнаружил там такую картину: три бойца были убиты с небольшого расстояния, пять человек погибли в блиндаже при взрыве гранаты. Два бойца и сам Самошкин исчезли.