Письмо ни от кого

Убедившись, что лидер группировки «Борцы» действительно похищен, Бирюков перешел на нелегальное положение. Как человек, привыкший силой добиваться поставленной цели, он не стал анализировать складывающуюся в городе обстановку, а решил продолжить начатую Задорожным войну. В качестве ответного хода на похищение Задорожного он решил ликвидировать двух известных в городе авторитетов – Гутю и Психа.

Днем 14 февраля к дому Гути подъехал автомобиль «Жигули» с четырьмя боевиками. Около половины шестого на улице стало темнеть, в квартире Гути зажегся свет.

– Пора! – решил старший группы, бывший спортсмен-дзюдоист по фамилии Светлаков.

Взяв с собой ножи и кастеты, боевики вошли в подъезд Гути, позвонили в дверь. Открыл им уголовник по кличке Упырь. Ничего не спрашивая, Упырь выстрелил в Светлакова из обреза. Умер спортсмен до приезда «Скорой помощи», его товарищи с места столкновения сбежали.

Убив нападавшего, Упырь вернулся на кухню, налил себе полный стакан водки и залпом выпил. Вызванная соседями милиция прибыла через несколько минут.

Вскоре на место происшествия приехал Клементьев.

– Привет, Упырь! – Геннадий Александрович похлопал уголовника по плечу. – Рассказывай, как ты до такой жизни докатился – был вором, стал убийцей."

"– Александрович, – уголовник пьянел на глазах, но способность говорить связно и логично еще не потерял, – ты меня знаешь, я не баклан и не мокрушник, так получилось! Да, именно так. Сегодня для меня неудачный день, а все из-за моей порядочности.

Да, да, был бы я человеком подлым и непорядочным, я бы здесь не сидел. А дело было так: иду я по улице и вижу – из снега торчит рукоятка обреза. Ек-макарек, посреди дороги оружие валяется! Я достал обрез и решил сдать в милицию. Да, именно так – я решил добровольно сдать оружие в милицию. Это же не порядок, когда ствол посреди дороги валяется. Вдруг он попадет в плохие руки и послужит орудием преступления? Да, да, так. Есть предмет преступления, а есть орудие. Нож – это предмет, а обрез – орудие. Короче, я взял обрез и пошел к Гуте, посоветоваться с ним, как мне лучше сдать обрез ментам. Извиняюсь, в милицию. Не ментам. В милицию, я в первый раз оговорился. Так вот, пришел я к Гуте, а его дома нет, и дверь открыта. Я подумал: «Надо подождать хозяев, а то придут соседи и обворуют моего корефана». Да, да, именно так – корефана. Товарищ – это слишком официально, а кент – как-то по-блатному звучит. Корефан, значит… Тут в дверь звонок.