Письмо ни от кого

– Мы? Матерились?! – в негодовании девушки привстали с мест."

"– Сидеть! – рявкнул я. – Сегодня утром к нам в управление придет с десяток дружинников. Под мою диктовку они напишут заявления, что лично слышали, как вы матом посылали пытавшихся облагоразумить вас сотрудников милиции. Этими сотрудниками будем я и Айдар Кайратович.

Я прислушался. В коридоре раздавались шаги возвращающегося с чайником Айдара.

– Сейчас вернется мой напарник, спросите у него, реально вам сегодня заехать в ИВС или нет?

– Ничего мы спрашивать не будем, – за двоих ответила Маша.

– Ну что же, начнем! Что вы делали в кафе: покушать зашли или познакомиться с интересными мужчинами?

– Познакомиться, – тоном уличенной грешницы выдохнула Маша.

Люба в знак согласия молча покивала головой.

– Нет, нет, красавицы, так дело не пойдет! – поморщился я. – Что это за односложные ответы? Вы что, решили мне одолжение сделать? Напоминаю: если у нас не состоится продуктивный диалог, вы обе поедете на нары бельевых вшей кормить.

Вздрогнув от слова «прыщ», Люба руками поправила прическу, проверила, не успела ли какая блоха запрыгнуть на нее в коридорах городского УВД.

– Девушки, – я постарался сменить жесткий официальный тон на покровительственно-отеческий, – я ведь разговариваю с вами только по доброте душевной, а не в силу служебной необходимости. Вы что думаете, я не представляю, с какой целью вы сидели в кафе? Я прекрасно обо всем осведомлен, но я хочу послушать ваши ответы и сделать вывод, врете вы мне или нет.

– Ничего мы не врем, – пробурчала разобравшаяся с прической Люба.

– Тогда я повторю вопрос: сколько стоит «знакомство» с вами, как и где оно происходит, у кого какая доля от любовных утех.

Девушки переглянулись, определяясь, кому из них первой начинать. Я решил им немного помочь.

– Маша Ивлева, начнем с тебя. Ты подруга директора кафе, тебе и карты в руки.

– Почему это я – его подруга? – запротестовала девушка-богомол.

– Евгений Викторович сам мне об этом сказал.

– Он не мог так сказать, – твердо возразила она. – Евгений Викторович – мой родной дядя.

– Разве дядя не может быть другом? – сказал я первое, что пришло на ум.

– Может, – усмехнулась Маша, – только не в этом смысле.

– Андрей Николаевич, – пришел мне на выручку вернувшийся на рабочее место Далайханов, – время идет.