Пьяная боль

Тепло, легко и уже не хочется никуда идти. Хочется целый день простоять с ним вот так в подъезде и просто целоваться. Страстно, трепетно, откровенно или нежно. Он владеет всеми оттенками поцелуя, заставляя дрожать мои колени.

— Всё, Денис, — с трудом высвободилась из его объятий, услышав, как разъехались створки лифта. — Мне, правда, уже пора. До вечера.

— До вечера, крошка, — подмигнул мне Денис и снял с бедер полотенце, демонстрируя, что поцелуй мог зайти гораздо дальше.

— Божечки! — покраснела и смущенно закрыла лицо ладонями, пока лифт не тронулся вниз.

В политехе все было как обычно. Словно никто и не заметил моего отсутствия целую неделю. Разве, что преподаватели были немного озадачены и, увидев меня с насморком и кашлем, посоветовали еще несколько дней отлежаться дома. В общем-то, именно к этому я и стремилась все два года обучения — быть тенью. Чем меньше тебя замечают, тем меньше лезут под кожу, интересуясь жизнью. Да и детишки богатых родителей — это не тот контингент, перед которым хотелось бы выворачивать душу.

Они не поймут, а мои проблему станут для них лишь поводом для насмешек в мою сторону. Поэтому, не заметили, и ладно.

Единственные одногруппники, с которыми я немного общалась, были Алена и Костя, но Аленка витала в своих мыслях, нервно грызя ручку и бросая на меня косые взгляды, а Костя лишь безразлично проходился по мне взглядом каждый раз, когда я попадалась ему на глаза.

В общем, другого я от них и не ждала, учитывая то обстоятельство, что ни один из них даже не потрудился узнать, где я пропадала всю неделю.

Очередное доказательство того, что хорошее отношение — не синоним дружбы.

Но после пар, когда я уже подходила к гардеробу, чтобы забрать своё пальто и поехать на смену в кафе, мне пришла смс от Алены:

А: зайди в 106 аудиторию. нам нужно поговорить…

Где-то внутри, об ребра поскребли острые когти сомнения. Быстро набрала ответ:

Я: это может подождать до завтра?

А: нет. это серьёзно.

Вздохнув, сдала пальто обратно в гардероб и прошла в нужную аудиторию, что находилась в дальнем крыле, где уже не осталось ни одного студента.

Открыла дверь сто шестой аудитории и увидела Аленку, стоящую рядом с преподавательским столом. Вот только она была не одна, а в компании еще трех наших одногруппниц, улыбки которых мне сразу не понравились. Не улыбки, а оскал гиен.

— Я думала, поговорить нужно только нам двоим, а не всей группе, — напряглась, оглядывая собравшихся.