В кухне муж хозяйки, Виктор, вел разговор об ипподроме:
— …Первым Натюрморт был — все видели! От Магнолии и Евфрата.
Одна из хозяйничавших в кухне женщин вручила Илье круглый консервный нож:
— Вот кому поручим консервы. Люблю, когда мужчины накрывают на стол: красиво у них получается.
Илья улыбнулся из приличия. Другие женщины его не интересуют, хотя он в браке уже восемь лет. Он любит жену. Это как страсть. Как она сказала ему перед отъездом? «Страсть» и «страдание» — слова даже этимологически связаны. То же и в немецком — «ляйден» и «ляйденшафт».
У нее врожденная способность к языку… Нет, он не ошибся, когда настоял, чтобы она тоже поступала в иняз. Тесть был против: лишь две специальности тесть считал на свете стоящими — бухгалтера и часового мастера… Да еще, пожалуй, врача!
— У вас определенные способности, молодой человек. — Женщина сделала еще одну попытку его расшевелить.
— Только прилежание.
— Прилежание и упорство лучше, чем гений и безалаберность.
«…Сейчас другое время, — доказывал Илья тестю, — о куске хлеба и глотке воды можно не заботиться, а вот о машине, о даче…» Они сидели у тестя в избе, разговаривая, смотрели на вытянувшуюся вдоль забора поленницу.
«Если не будете нам мешать, обещаю, она будет счастлива. Я на ветер слов не бросаю». Это был еще один вексель, по которому теперь следовало расплачиваться. Тесть молча пил чай, размачивая сушки в молоке. Будь он покрепче, лет десять назад, он бы не потерпел у себя за столом таких разговоров. «Она будет учиться заочно, уедет со мной в Юрюзань.
Но и там мы надолго не останемся, переедем в большой город». — «Каким же это путем?» — спросил старик. «Посмотрим», — пожал плечами Илья. Тесть помолчал. «Будто вся жизнь для тебя в этом, Илья, — дача, машина… Зверьки есть такие — леминги. По радио передавали: упрутся однажды и за тысячи километров бегут к морю, как кто их гонит! Стая за стаей. Там и топятся… Ничем, передали, не своротишь!»
— К столу! — закричали из комнат.
Облезлый хозяйский дог вошел в кухню, прижался мордой Илье к колену.
«Откуда же такое чувство, будто что-то обязательно должно случиться? Словно взялся обучить грамоте этого старого, облезлого дога, прозаложил голову: или он научится читать, или моя голова с плеч долой. И с кем-то из нас неминуемо что-то произойдет! — Илья тихо отстранил собаку. — Может, милиционер на вокзале о чем-то заподозрил? Он как-то странно посмотрел… Или мне показалось? Конечно, все завертится, когда объявятся первые потерпевшие.
