Кристиан сжимает обнимающие меня руки, трется носом о волосы и благоразумно воздерживается от замечаний по поводу маминой невнимательности. Я скорее чувствую, чем слышу вибрацию его «блэкберри». Он не позволяет мне встать, но неуклюже вытаскивает его из кармана.
— Андреа, — отрывисто бросает он, снова сама деловитость. Я делаю еще одну попытку встать, и он не дает. Я снова льну к его груди и слушаю односторонний раз — говор."
"— Хорошо. Расчетное время прибытия? В котором часу?.. А как насчет… э… остального? — Кристиан бросает взгляд на часы.
— «Хитман» оставил все детали?.. Хорошо… Да. Я могу задержаться до утра понедельника, но на всякий случай пришли мне это электронной почтой — я распечатаю, подпишу и отправлю тебе обратно… Это может подождать. Поезжай домой, Андреа… Нет, у нас все хорошо, спасибо. — Он отключается.
— Все в порядке?
— Да.
— Это насчет тайваньцев?
— Да. — Он ерзает подо мной.
— Я слишком тяжелая?
Он фыркает.
— Нет, детка.
— Ты беспокоишься из-за этой сделки с тайваньцами?
— Нет.
— Я думала, это важно.
— Важно. От этого зависит наша верфь. На карту поставлено множество рабочих мест.
Ого!
— Мы просто обязаны продать ее. Это работа Сэма и Роба. Но при нынешнем состоянии экономики шансы у всех у нас невелики.
Я зеваю.
— Я утомляю вас, миссис Грей? — Он снова трется носом о мои волосы.
— Нет! Никогда… мне просто очень уютно у тебя на коленях. Нравится слушать про твой бизнес.
— Правда? — Он, кажется, удивлен.
— Конечно. — Я отклоняюсь, чтобы посмотреть прямо на него.
— Мне нравится слушать все, чем ты соизволяешь со мной поделиться. — Улыбаюсь, а он смотрит на меня, забавляясь и качая головой.
— Всегда жадны до информации, миссис Грей?
— Расскажи мне, — прошу я его, вновь уютно устраиваясь у него на коленях.
— Что рассказать?
— Почему ты это делаешь.
— Что делаю?
— Так работаешь.
— Мужчина должен зарабатывать себе на жизнь, — улыбается он.
— Кристиан, ты зарабатываешь больше, чем на жизнь, — с иронией говорю я.
Он хмурится и с минуту молчит.
Думаю, он не собирается выдавать никаких секретов, но он удивляет меня.
— Я не хочу быть бедным, — говорит он слегка осипшим голосом. — Я это уже проходил и не намерен к этому возвращаться. Кроме того… это игра. На победу. Игра, которую я всегда находил очень легкой.
— В отличие от жизни, — тихо замечаю я, потом сознаю, что произнесла слова вслух.
— Да, наверное. — Он хмурится. — Хотя с тобой гораздо легче.
Со мной легче? Я крепко обнимаю его.
